Семь часов до конца света полностью

Виктор отрывается от губ Катрин и открывает глаза, только сейчас понимая, что ему вовсю наяривают средь бела дня на глазах у пары десятков коллег. В голове у него всё ещё звучит эхо фейрверков. Между тем Катрин опускается на колени и берёт член в рот. Горячий и жадный рот. Зрители возбуждают её. Это видно по затуманенному взгляду зелёных глаз, неотрывно смотрящих на него снизу. Кто бы знал! Оказывается, вот какие тайные желания у снежных королев.

Блять, да о чём он вообще сейчас думает и что за дичь творит?!

– Хватит, – ему кажется, что он произносит это громко и решительно, но на самом деле это скорее всхлип внутреннего голоса. Виктор хочет оттолкнуть её голову, но движение почему-то получается возвратно-поступательным и раззадоривает Катрин ещё больше. Она увеличивает скорость и амплитуду. Виктор начинает поддавать навстречу, чувствуя, как при каждом толчке головка члена упирается в её нёбо.

Сквозь полуприкрытые веки он оглядывается вокруг, на заворожённо наблюдающих за действом мужчин и женщин. И, прежде чем кончить, ловит себя на мысли, что его, похоже, тоже возбуждает присутствие зрителей.

Катрин поднимается с колен, медленно проводит языком по влажным губам.

– А теперь трахни меня, – говорит она. Разворачивается, задирает юбку и опускается локтями на стол, выгнувшись и выставив роскошный зад. Трусиков на ней нет.

Со стороны раздаётся:

– Трахни её!

– Будь мужиком!

– Давай уже выеби эту суку!

Но наваждение исчезло, ушло вместе с дурной спермой. Виктор, часто моргая, пятится назад, убирая в штаны хозяйство и застёгиваясь.

– Я… мне… мне надо идти… извините.

Его никто не держит. Катрин – не особо огорчённая – пренебрежительно хмыкает:

– Слабак! – пожимает плечами и призывно поводит бёдрами. – Мальчики, кто первый?

Виктор вывалился на улицу. Произошедшее с ним всего пару минут назад до сих пор не укладывалось в голове. Он закурил, подумав, что сегодня вечернюю пробежку можно пропустить.

Погода не радовала, как всегда в октябре. К тому же накрапывал дождь. Было слякотно, сыро и ветрено. Зато этот осенний холодок помог ему собраться с мыслями. Он попытался вспомнить, где в городе растут живые ёлки. Такие, которые можно разместить в обычной квартире. Ничего на ум не приходило. В парке, где он любил гулять с дочерью точно нет – там одни высоченные сосны. А ещё ведь нужно что-то подарить. Так что для начала Виктор решил зайти в ближайший торговый центр – в «Детском мире» с выбором подарка проблем не будет.

Город словно вымер. Виктор подумал, что, наверное, никому не хочется провести последние часы под дождём на пронизывающем ветру. Ну и правильно. Ему самому скорее хотелось добраться до дома. А ещё – это было чертовски глупо – но он почему-то чувствовал себя предателем. Как так? Ничего страшного ведь не случилось, правда? Подумаешь, взрослые люди немного развлеклись перед Концом Света.

К тому же много времени это не заняло…

Как бы там ни было, Виктор решил, что самое главное сейчас – выполнить данное дочери обещание и отыскать ёлку.

Он зашёл в торговый центр. Никого. Скорее всего, сейчас в топе рестораны, алкомаркеты и продуктовые магазины. Вкусно пожрать и попить перед смертью наверняка захотят многие. Надо бы тоже заглянуть в продуктовый по дороге. Виктор помнил про тортик.

«Детский мир» располагался на втором этаже. Виктор поднялся на всё ещё работающем (а почему нет?) эскалаторе и увидел пожилого мужчину в форме охранника. Тот сидел на скамеечке возле детской игровой площадки с тлеющей сигаретой в зубах.

– Извините, – обратился к нему Виктор, – вы не подскажите, где можно найти ёлку?

– Чего? – изумлённо уставился на него тот.