— Мы тоже удивлены! В такой одежде с обувью по кустам-болотам не походишь, верно? К тому же, они должны были сюда чем-то добраться. Но в обоих случаях никого из свидетелей обнаружить не удалось. Из разных семей, разных школ. Родители до сих пор убиты горем. Наши аналитики сделали заключение, что в такой одежде они не могли тут быть. Пропали где-то в другом месте, а одежду, привязав к камням, кто-то утопил здесь.
— Когда это было?
— Прошлым июлем и августом. Считайте, год назад.
— Думаете, маньяк?
— И в газетах писали, и по радио трубили, и вертолеты привлекали для поисков. Если бы маньяк, он бы не затаился на целый год. К тому же два чиновника, две девчушки, и какой-то высокопоставленный партиец — не слишком явная связь.
— Вы правы, — хмыкнул майор. — Две девочки и депутат областного совета. Говорите, селения рядом?
— В двух километрах друг от друга. В одном исчезла первая девочка, в другом — вторая и этот партиец.
— Вот со второго селения и начнем! — махнув Косте, решительно направился к вездеходу майор.
— Нам отбуксировать «Волгу» в отделение?
— Да. Не забудьте вещи из багажника в качестве улик.
Уже сидя в салоне, Павлов тихо спросил лейтенанта:
— Говори. А то, смотрю, места себе не находишь от радости.
Костя ерзал на сиденье, не в силах подавить эмоции. Машину трясло, наступали сумерки. Чтобы не слышал водитель, лейтенант склонился к уху начальника:
— Нашел, Виктор Иванович! Нашел!
— Не суетись, сынок, — по-отечески улыбнулся старший следователь. — Я и не сомневался, что найдешь. Давай по порядку.
— В общем, такая капуста, — начал младший помощник. — В ягоднике, куда не добрались милиционеры, я заметил следы шин. И, на секундочку, следы были…
— Мотоцикла?
— Так точно. С коляской. К затоке ведет слабая колея, а уже от неё более глубокая.
— Выходит, незнакомец назад с ношей возвращался, хочешь сказать?
— Тут и ежу понятно, товарищ майор! Неизвестный нам тип, уж не знаю по какой причине, выследил жертву, тихо подобрался, свалил ударом, запихнул в коляску, утопил машину и — будь здоров. Скрылся в неизвестном направлении.
— Ну, направление мы найдем, если остались следы протекторов. Тем более мотоцикла с коляской — это уже сужает круг поисков. Молодец, лейтенант! — похвалил помощника начальник. — Укажу это в рапорте полковнику. Жди награду, — пошутил он. — А сейчас еще затемно надо опросить супругу.
Спустя час, въехав в селение, они уже стучали в дверь высокой избы, отстроенной на славу. Резные ставни, большая усадьба, гараж, водокачка, колодец — само строение внушало Косте некое чувство брезгливости. Все носило отпечаток вычурности, показухи, богатства.
— Живут же люди, — с досадой смотрел он на внушительный сарай во дворе. На цепи гавкал волкодав величиной с бульдозер. — А мне в коммуналке придется ютиться с новобрачной.
— Станешь депутатом облсовета, будешь иметь и не такое, — мрачно пошутил Павлов. Ему тоже было не по себе, когда на глазах всего селения номенклатурный чиновник пользуется такой роскошью. Сразу в глаза бросались нетрудовые доходы.
— Кто? — раздался из-за дубовой двери напряженный женский голос.
— Столичный Угрозыск! — отрекомендовался майор. — По поводу исчезновения вашего супруга.
Дверь открыла издерганная тревогами женщина со следами дорогой косметики на лице.
— У меня уже была милиция.
— Мы из столицы. Вы позволите?
— Из самой столицы? — удивилась хозяйка. — У нас в захолустье?
— Ваш муж, являясь партийным чиновником, подпадает под всесоюзный розыск.
Усадив гостей на шикарный диван, она предложила кофе. Пока он заваривался, и хозяйка хлопотала на кухне, Костя обвел взглядом помещение. Поражало сразу всё — от дорогого убранства до громоздкой мебели. Старинные настенные часы, камин, множество замысловатых статуэток. Шторы, ковры, люстра, цветной телевизор последнего поколения — явно заграничный. И это в их 1979 году? Косте показалось, что он попал в усадьбу миллионера.
Павлов был более категоричен в этом вопросе. Его, прежде всего, интересовала пропажа, а уж потом все остальное.
— Расскажите все по порядку, — отпивая кофе из фарфоровой чашки баснословной цены, попросил он хозяйку.
Та сжала руки, присела в утопающее кресло.
— Должен был с ночевкой задержаться. Но, когда не вернулся и после второй ночи, я позвонила в милицию.
— Ясно. Дальше мы знаем. Вам уже рассказали, что нашли пустую машину?
— Да. Звонил следователь. Значит, — всхлипнула женщина, — мой муж не утонул?
— Полагаю, нет. Видимо, он был попросту… хм-м… похищен.
— Но… — заламывая руки, выдохнула она, — мы же в Советском государстве живем. Не в Америке!
— Поэтому мы сюда и прилетели. Покажите, пожалуйста, несколько его фотографий.
Женщина принесла семейный альбом. Майор выбрал пару снимков с разных ракурсов, передал Косте. Тот вносил в блокнот необходимую информацию.
— Какой деятельностью занимался ваш супруг?
— Работал в областном совете. Заведовал государственными дотациями детских садов и школ.
Павлов поднял брови:
— Иными словами через него проходило всё финансирование детских и школьных учреждений?
— Вроде бы да. Я не слишком вникала в его работу.
