Тебе очень хочется показать эльфу, кто в доме хозяин. Вот только вы не в реальном мире, а в виртуальном. В этой игре свои правила и ты очень сомневаешься, что сможешь одолеть кого-то, кто находиться в ней, в отличие от тебя, далеко не первый день. Потому ты совершаешь нечто, о чем, надеешься, никто и никогда не узнает: подскакивая к Лису, закидываешь его себе на плечи и со всех ног бросаешься в сторону леса. С минуты на минуту насекомое должно частично прийти в себя от отдачи. Лишь тогда ты сможешь помочь ему выйти из игры и позволить сделать то же самое себе. А до того… Тебе приходится спасаться бегством.
Ужасающая головная боль не подстегивала на великие дела. Некоторое время после пробуждения мне не хотелось даже просто открывать глаза, что уж говорить о чем-то большем. Я бы и не открыл, если бы не любопытство — странные звуки не то военных действий, не то ядерного взрыва доносились до моих ушей, заставляя морщиться от новых приступов головной боли.
— Может быть, кто-нибудь объяснит, что… — тихо прохрипел я и не узнал собственного голоса. Увы, никто не обратил на меня внимания. Нет, вокруг не разворачивалась война и мир не погрязал в Конце света. Просто Зуо с битой наперевес бегал за светловолосым парнем по всей комнате, параллельно в ярких эпитетах растолковывая ему, в какие места эту биту сэмпай ему засунет, когда догонит. За Зуо бегал парень Фрая, умоляя Босса не кипятиться. Ян же, разместившись в углу комнаты, дабе не мешать забегу, то и дело бросал в сторону троицы ехидные замечания, усиленно подбрасывая дрова в огонь ярости Зуо.
Жуткие ребята.
Жуткая реальность.
Мне нравится.
====== Третий круг Ада: 23. Страх перед близостью ======
ЧО
Прошлое
— Я что был недостаточно убедителен, когда приказал тебе больше не общаться с прислугой? — зло прошипел мужчина, хватая маленькую девочку лет двенадцати за светлые кудри и со всего размаха ударяя ее головой о стену. Ребенок, что до того яростно вырывался и царапал руку обидчика, тихо застонал и обмяк, оставляя за собой на стене грязный кровавый след. По виску девочки потекла тонкая струйка крови.
— Отец, не надо! Прошу тебя! Мы только… — захлебываясь слезами, закричал мальчик. На лице его наливались бурным цветом свежие синяки, по щекам градом катились слезы. Мальчик был бы и рад попробовать смахнуть их, вот только руки его были привязаны к батарее гибким проводом. И как бы ребенок не старался избавиться от пут, они лишь сильнее впивались в его мягкую кожу, оставляя после себя всё более глубокие раны. Любой другой на месте мальчика давно бы сдался и прекратил калечить себя, но он вновь и вновь безрезультатно пытался ослабить узлы, наблюдая за тем, как отец издевается над его единственным другом.
— Только не говори, что собираешься оправдываться! Только не это! Признай собственное бессилие и смиренно прими наказание, — проговорил мужчина спокойно.
— Я приму! Все что угодно выдержу! Только отпусти её. Пожалуйста! — простонал мальчик, обессилев от бесконечных попыток освободить руки.
— Отпустить? Её? — мужчина изобразил искреннее удивление. Схватив девочку за волосы, он приподнял над полом ослабевшего ребенка. — Ты, кажется, не понял меня. Она и есть твое наказание. А точнее то, что с ней произойдет, — сказав это, мужчина поволок девочку по полу к распахнутому окну.
— Мы всего лишь играли! — в отчаянье выкрикнул мальчик.
— В таком случае игры закончились, — ухмыльнулся мужчина, выбрасывая жертву в окно, словно тряпичную куклу.
— НЕ-Е-ЕТ!!! — закричал мальчик, что есть мочи, падая на колени и не обращая внимания на провода, что перетянули его запястья слишком сильно. — Что ты наделал?! — прохрипел он, чувствуя, как к горлу подкатывает рвота, тело начинает бить жуткий озноб, а сердце колотится так, будто готово вот-вот вырваться из груди. — ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ? — прохрипел он, ощущая, как грудная клетка начинает пульсировать резкой болью, отдававшуюся в шею и левую руку мальчика.
— Я сделал то, что должен был, — мужчина оставался хладнокровным. — Всего лишь третий этаж. Она может выжить, — его спокойствие любого привело бы в ужас.
— Так нельзя… — простонал мальчик, все еще не веря в реальность происходящего.
— Тоже самое, Зуо, я хотел сказать и тебе. Так нельзя поступать, слышишь? Нельзя подставлять маленьких девочек, позволяя им фривольно разгуливать по нашему дому, трогать твои вещи. Нельзя позволять ей дышать с тобой одним воздухом. Потому что она от него может опьянеть, задохнуться или даже… умереть, — протяну мужчина, выглядывая из окна. — Понимаешь ли ты разницу между нею и тобой? — поинтересовался хозяин дома, приближаясь к сыну и по-отечески слегка похлопывая его по макушке. — Я покажу, — выдохнул он, отвязывая сына и ведя полуневменяемого ребенка к окну. Зуо сообразил, что вознамерился сделать отец уже после того, как мужчина заставил его перегнуться через окно и столкнуться взглядом с все еще остававшейся в сознании девочкой. Она, неестественно раскинув руку и ноги, взирала вверх и беззвучно шевелила губами, будто рыба. На светлом платьице растекались свежие кровавые пятна.
