— Ты в состоянии хоть раз дослушать до конца? — раздраженно бросила Тумба-Юмба, топая босой ножкой по бежевому полу.
— Ты сможешь нас провести. Ты можешь пройти сквозь эту стену…
«О, Зелебоба, ведь я же Коперфильд!»
…Ведь именно через нее попал сюда, верно? Если мы будем с тобой, у нас хватит сил обмануть систему, что так упорно нас не отпускает. Если все пройдет успешно, мы освободимся!
— Но что тогда станет с вашими телами?
— Они умрут.
— А что будет с моим телом? — задал я еще более волнующий вопрос.
— В худшем случае оно отправится вслед за нашими, в лучшем… останешься единственной жертвой ПКО-вируса.
— То есть, вернуться я уже не смогу? — такая перспектива обрадовала меня едва ли.
— Маловероятно, — замотал головой Цыпа.
— Потрясная новость, — фыркнул я.
— Либо так, либо никак.
— Хм… А что, если у нас не получится? Если мы не сможем обмануть систему?
— Однажды так уже было, — вздохнула одна из девочек, — Пану — была одной из нас, та, которую ты уже видел в капсуле. Однажды к нам пришел человек, так же, как сегодня пришел ты или как до того к нам приходил Лео. Человек предложил нам попробовать выйти в виртуалию. Но он не был хаксом, а значит, связь с ним была куда хуже, чем может возникнуть между нами и тобой. Мы все отказались, и лишь Пану пошла за этим человеком.
— И что произошло?
— Человек не смог удержать связи с Пану, не смог защитить ее, а может, и не захотел. Мы до сих пор не пришли к однозначному ответу на этот вопрос. Тогда система выкинула ее в реальность.
— В нашу?
— В вашу, но не нашу. С нашими телами… думаю ты представляешь, насколько кошмарно будет существование того из нас, кто вернется? Пану уже несколько лет заперта в своем теле. Иногда мы видим ее в виртуалии. Лишь слабые отголоски. Оставаясь в одиночестве, в закрытой капсуле и не имея возможности ни нормально жить, ни умереть, она слабела разумом день ото дня, пока не осталась лишь безумная оболочка, которая забыла о своих братьях и сестрах. Она забыла о нас, о том, что когда-то была здесь и даже кем она является. Мы не хотим, чтобы с нами произошло то же самое.
— Думаю, никто бы не захотел.
— Так ты нам поможешь?
— Если вы освободите людей… то да. Только зачем же тогда мне играть в вашу игру?
— Ты сам это поймешь.
Что ж. Я понял. Чтобы провести детей сквозь стену, было недостаточно являться хаксом, нужно было иметь еще и определенные силы и опыт, дабы защитить их всех от нападок системы. Ведь по сути, желе — это и была та самая защита, и она не хуже червей проникала во все, даже трудно доступные места. Только теперь, подходя к стене, я понял суть всего произошедшего. Понять-то понял, но уверенности мне это не прибавило. Черт побери, я не хочу умирать!
— А вы не будете продолжать третировать человечество, если попадете в виртуалию?
— Да сказали же, нет! — фыркнула Куколка, — это особенное место, которое усиливает наши силы и к тому же соединяет наши способности в одно целое, в виртуалии же мы станем каждый сам за себя.
— Да-да… Но стоит ли мне доверять вам… — почесал я подбородок, осматривая деток с головы до ног. Те лишь что-то буркнули в ответ.
— Когда мы освободимся, мы откроем «белые кубы», и люди, что в них заключены, вернутся в свои реальные тела. Тебе не о чем беспокоиться. По сути, это единственный способ освободить их всех.
Нда, умеют они уговаривать.
Я подошел к стене желе и прикоснулся рукой к мягкой глади. Пальцы без каких-либо преград свободно проникли в стену и я почувствовал слабую тягу, как и тогда, когда окунулся в это море ранее. Только тогда меня тянуло сюда, теперь же кажется тащило обратно. Я поспешно высунул руку прежде, чем меня засосало внутрь, и нервно почесал затылок. Получается, что это конец? И я больше не смогу вернуться к маме, больше не почувствую запах одеколона Зуо, не прифигею от очередной идеи Мифи и не поковыряюсь в носу на уроке биологии? Я больше не буду давиться попкорном, плакать над новым сезоном «Героев-Вонючек» и уже никогда не смогу почувствовать на своем животе босую ножку Эллити, не услышу ее амазонские вопли, не буду ковырять вилкой в подгорелой каше, чтобы затем проводить незабываемые вечера на толчке, не досмотрю «Сопливые Дрязги»??? Странно… очень странно, насколько все это мне в действительности нравилось, и как мне этого будет не хватать. Я уже очень долгое время старался ценить жизнь и видеть если не все, то очень многие ее позитивные стороны, но даже подумать не мог, что мое окружение, моя обыденность все это время значила для меня так много.
Вывод напрашивался сам собой. Я не хотел умирать, а в кому впадать — тем более. Но только так я мог спасти людей. Нет, пофиг на людей, но мама. Ее в таком состоянии оставить я уж точно не мог!
— Ну что… пойдемте? — вздохнув поглубже, я протянул руку Куколке. Она тут же вцепилась в меня, а за нее схватились остальные.
