Семь предсказаний Вероники полностью

Вдруг захотелось спросить его про Амелию. Глупо, но мне было важно услышать, что они снова вместе, словно… Словно я надеялась, что это на самом деле не так. Но время поджимало. Вот-вот должна была начаться первая лекция. Да и коридор не лучшее место для выяснения отношений. В нашем же случае я не была уверена, что нам с Даном есть что выяснять. Он ушел. Я и Калеб остались вдвоем.

– Пошли, – сказал он.

Я заметила на полу листок, выпавший из тетради, и подняла его. Там был нарисован карандашом портрет Амелии.

– Красиво, – сказала я, смущенно протягивая рисунок Калебу.

Он молча спрятал его среди прочих записей. Получилось неловко. Пусть и непроизвольно, но я все же перешла личные границы друга. О своих чувствах он никогда не распространялся, да и нечего было рассказывать. У Амелии были определенные стандарты, в которые не вписывался предсказатель с непопулярного факультета.

– Это тебя видели с Ваймсом в кладовке? – неожиданно спросил Калеб, когда мы уже подходили к аудитории архимагессы Вериги.

– Нет, – поспешно ответила я и тут же поняла, что прокололась.

Если бы мне задали этот вопрос еще пару недель назад, я бы рассмеялась. Или возмутилась. А сейчас… Повела себя как школьница, которую поймали на списывании.

– Из тебя никудышная лгунья, Ника, – вздохнул он. – Будь осторожнее с ним. Ничем хорошим ваши игры в любовь-ненависть не закончатся.

– Между нами ничего нет. Это была случайность, и та девушка все не так поняла…

– Ника, ты не должна передо мной оправдываться. Главное, не лги себе.

Я остановилась. Не замечала раньше за Калебом такой проницательности. Мы прошли в аудиторию и заняли места. Постепенно аудитория наполнилась. Пришла Камилла, а следом за ней и архимагесса Верига. Началось занятие. У меня не выходило из головы произошедшее в коридоре. Я посмотрела на Калеба. Допустим, о том, что Амелия нравится Уолту, можно было легко узнать из сплетен или даже заметить, но подробности из детства… Калеб старательно делал записи. Единственный парень на нашем факультете. Сама архимагесса Верига не раз подчеркивала наличие у Калеба сильного дара. И, самое главное, у него имелся мотив убрать Дана. Может быть, он надеялся, что если соперник исчезнет, то появится шанс добиться Амелии?

Калеб перестал делать записи и посмотрел на меня. Пойманная врасплох, я поспешила уткнуться в конспекты, а память подкидывала все новые и новые детали. Я ни разу не видела в его тарелках мясо или хотя бы сыр. Неудивительно, что Калеб такой худой.

По спине пробежал холодок. Архимагесса Верига говорила, что Меняющим может быть кто угодно. Так неужели это Калеб?

– Адептка Фейн, вы с нами? – строго спросила архимагесса Верига.

– Да! – запоздало ответила я. – Извините.

– Не витайте в облаках. В конце занятия мы все выполним одно короткое практическое задание.

Я постаралась сосредоточиться на учебе. Камилла пододвинула ко мне тетрадь. На полях было написано: «Итан подошел ко мне в столовой, когда ты ушла».

«И?» – коротко дописала я.

«Я объяснила, что ты заболела. Он все понял и не против снова встретиться. Кажется, ты его серьезно зацепила», – ответила Камилла.

«Посмотрим», – написала я и вернулась к своим записям.

Камилла удивленно на меня посмотрела. Ну что я могла ей сказать? Мне сейчас не до Итана.

А занятие тем временем продолжалось. В конце, как и обещала, архимагесса Верига раздала всем стеклянные шары для гадания.

– Даю вам пятнадцать минут, – сказала преподавательница и поставила на кафедру черную коробку. – Определите, что находится внутри, и запишите на листочек. Друг другу не подсказывать. Время пошло.

Вздохнув, я пододвинула к себе шар на подставке. Поводила над ним ладонью. Влила немного магии и…

– Ай! – вскрикнула Камилла.

Шар под ее руками треснул.

– Мамочки, – всхлипнула еще одна девушка. – Там череп. Он… он смеется. Это дурной знак. Кто-то умрет, да?

– Архимагесса Верига, простите, но тут… тут что-то неприличное о вас и ректоре Матеусе написано, – призналась третья.

– Прекрасно, просто прекрасно, – проворковала архимагесса Верига. Казалось, ее совершенно не удивило происходящее. – Калеб, соберите, пожалуйста, все шары в коробку. Мы отнесем их ректору. Остальные можете быть свободны.

Мы с Камиллой переглянулись. Итак, это была вторая попытка первокурсников боевого факультета пройти посвящение, и оно… снова провалилось. И что-то мне подсказывало, отдуваться за это будет не столько первый курс, сколько преподаватель Борз.

Я снова стояла в кабинете ректора. На этот раз без Дана. Было даже как-то непривычно находиться здесь одной.

– И вот это я должен взять на практическое занятие? – возмутился Борз, окинув меня недовольным взглядом.