– Сломала артефакт Пруни, – повторила я и издала нечто среднее между всхлипом и смешком.
– Ох, Ника. – Рука Дана опустилась мне на затылок. – Иногда я не могу определиться, ненавижу или люблю тебя за упрямство.
– Наверное, все-таки любишь, – ответила я.
Не знаю, что он подразумевал под словом «любовь», но для себя, кажется, я уже все решила.
– Поспи немного, – сказала я, отстранившись и проведя ладонью по его щеке. – Тебе еще пригодятся силы на обратный путь.
– Ника, тогда, на первом курсе… Ты мне нравилась. Сильно, – отрывисто сказал он.
Его лоб по-прежнему был горячим, а темные, почти черные после выпитого зелья глаза болезненно блестели. Я тихо рассмеялась в ответ. Наверное, Дан все еще бредил.
Помощь пришла поздно ночью. К тому моменту Пруни и след простыл, но лесничие нашли нас с Даном. Господин Гамаш, конечно, расстроился, что перемещения дракона больше нельзя отслеживать, но в конце концов согласился, что жизни двух адептов тоже чего-то стоят. Естественно, как только он узнал про амарока, то решил остаться на берегу и поискать раненое «бедное» создание. Нас же перенесли в академию и очень быстро разделили. С щемящим чувством в груди я проводила Дана взглядом. Его увезли на каталке. Теперь он был в безопасности.
Мне на плечи опустился теплый плед. Я только сейчас заметила рядом целительницу.
– Идемте, дорогая. Вас тоже нужно осмотреть, – сказала она. – Вы вся дрожите.
Последние часы дались мне особенно тяжело. Без плаща, огня и магии я сильно замерзла.
– А что с адептом Хейзом? Он должен был поступить два дня назад с реакцией на яд змеекрылов.
– О, не волнуйтесь, восстанавливается адепт Хейз. Пьет антигистаминные зелья и даже допущен к посещению лекций.
– Это хорошо, – с облегчением выдохнула я, но тут же встрепенулась: – Мне нужно увидеть архимагессу Веригу или господина ректора!
– В такой час? Боюсь, это невозможно. Утром, уверена, они вас навестят. Господин ректор уж точно, – ответила целительница, мягко, но настойчиво ведя меня в лазарет.
– А родители… Где мои мама и папа?
– Боюсь, мне об этом ничего не известно.
Старший целитель выявил сильный ушиб правого бедра, переохлаждение, и меня тут же заставили принять теплую ванну, а после завернули в одеяло с грелкой и приказали пить горячий бульон. Он, конечно, был вкусный и наваристый, но мой желудок не отказался бы от чего-то посущественней.
– Скажите, как там адепт Ваймс? – спросила я, когда в палату вошел старший целитель.
– Его жизнь вне опасности, пропьет курс зелий и будет как новенький, – ответил тот, улыбнувшись. – Знаете, он тоже о вас спрашивал. Рад, что вы нашли общий язык.
Меня проверили и оставили отдыхать. Я откинулась на подушки, но мыслями все еще была с Даном. Новое предсказание пугало неизвестностью. Да еще и эти новости в газете. В голове не укладывалось, что Артур Ваймс способен на преступление. Мне хотелось снова оказаться рядом с Даном. Скандал вокруг его фамилии мог случиться в любой момент. Дату выхода газеты я не запомнила.
Как Дан поступит, узнав, что его отец преступник? Пока ничего не случилось, он, возможно, захочет предупредить отца, и тогда Артур Ваймс избежит наказания. Не будет ли это чрезмерным вмешательством в будущее? Мне требовался совет, но теперь я сомневалась, что мне стоит делиться всем с ректором и архимагессой Веригой.
Я посмотрела на дверь. Нет, разговор с Даном точно стоит отложить до завтрашнего утра. Сейчас он, как и я, устал и измотан. Не лучшее время завалиться к нему в палату со словами: «Привет, как себя чувствуешь? Кажется, у меня было видение, что твой отец преступник». Я вздохнула и закрыла глаза. Самое лучшее – это выспаться и обдумать все еще раз на свежую голову.
Утром я проснулась еще более усталой и разбитой. Голова болела, в глаза словно насыпали песок, ко всему этому списку добавился насморк. Стало очевидно, что переохлаждение не прошло бесследно и я простудилась.
Первым навестить меня пришел ректор Матеус. И не один. Я крайне удивилась, когда заметила, как в палату проходят мужчина средних лет и красивая шатенка.
– Адептка Фейн, как вы себя чувствуете? – спросил он.
Я чихнула, не успев ответить.
– Хотел бы и я после двух дней скитания по лесам, встречи с амароком и драконом отделаться насморком, – пошутил ректор Матеус.
Я кисло улыбнулась, так как предпочла бы вообще не оказываться в лесу.
– Матеус, – мягко позвала его незнакомка.
– Да-да, – встрепенулся ректор. – Вероника, позвольте представить вам господина Артура Ваймса и его супругу Долорес.
Заметив мое обескураженное лицо, Долорес рассмеялась.
– Простите за неожиданный визит, но мы не могли не поблагодарить вас за спасение нашего сына.
Я глупо кивнула в ответ, так как все еще не могла поверить, что мужчина с отросшей щетиной и явными признаками недосыпа и есть тот самый Артур Ваймс. Я видела его портреты в газете. Там он всегда изображался в парадной военной форме и с холодным колючим взглядом на лице. Человек же напротив был… обычным.
