Рауль отнёсся к моей идее более чем с недоверием. Начав обучать магии, я поняла, что моим ученикам не хватает элементарных базовых знаний. Так появилась моя маленькая школа. Гюнтер не побоялся стать посмешищем в деревне и упорно приходил на занятия, которые я вела для девочек и женщин. И показал не только отменный уровень дара, но и неимоверное упорство.
Он мечтал учиться в университете.
И шёл к своей цели.
В отличие от своей тёти Лотты, честно, но столь же решительно. И когда на прошлый Новый год в Драгаард с инспекцией приезжал сам Эрик IV, юноша осмелился обратиться прямо к королю. Его величество был потрясён и сказал: если Гюнтер сможет набрать необходимые баллы на вступительных экзаменах, то ему выделят Королевскую стипендию на обучение.
Его величество оправдывал своё прозвище и не упускал возможности использовать то, что можно использовать. Хотя в народе вместо «Эрика Наездника» всё чаще звучало «Эрик Великий».
Гюнтер сдал – и теперь красовался в новенькой форме студента Боевого факультета.
Однако меня больше интересовали другие зрители.
Точнее, зрительницы.
Пока Рауль нёс меня наверх по ступеням, в главный двор Драгаарда подъехала новая карета, из которой вышли две юные нойлен. Они разглядывали двор и его обитателей с чисто девичьим нескрываемым любопытством.
– Скажите, пожалуйста, а как мы можем проехать в пансион для одарённых девушек «Драгаардские ласточки»? – спросила одна, которая выглядела посерьёзней.
– Добро пожаловать! – ответила сверху я, приглашающе открыв ладони.
Эти девушки были моей сбывшейся мечтой.
Я очень хотела открыть учебное заведение для таких, как я. И в конце концов муж смирился с этой мыслью и пообещал поговорить с королём. Что удивительно, Эрик идею поддержал. Не знаю: то ли сыграла свою роль его привычка прибирать к рукам всё, что можно прибрать, то ли епронская шпионка произвела на его величество слишком сильное впечатление… Я вот до сих пор не могу понять: зачем епронцы вообще эту интригу затеяли? Сидел себе Эрик ровно в нашем замшелом государстве на том месте, которого как бы нет… А они ему столько идей и возможностей подкинули! В общем, так или иначе, на правах частного учебного заведения мой пансион в этом году впервые открыл свои двери.
Девушки рассеянно смотрели на лестницу.
Парень из знати с любопытством переводил взгляд с девушек на Рауля.
– У нас здесь традиция, – неожиданно заговорил Гюнтер. – В первый раз в замок нужно непременно подняться по лестнице. – Он мотнул головой в сторону нас с герцогом. – Позвольте? – спросил парень у той девушки, что задавала вопрос, и подхватил её на руки.
Та для приличия ахнула, но раз уж у нас такая традиция, умолкла, сохраняя серьёзное выражение на лице.
– Неплохо у него выходит, – как мне показалось, ревниво заметил Рауль.
– У тебя получилось лучше, – поспешила я его успокоить. – Гюнтер несёт одну девушку. А ты двух.
– Что ты имеешь в виду? – буркнул муж, следя взглядом за поднимающейся парой.
– Что кое-кто немного увлёкся в нашем недавнем приключении, – прогундела я в нос, притягивая его за локоть.
– Ты хочешь сказать?.. – наконец дошло до супруга.
Я улыбнулась в ответ.
– А кто?
– Думаю, девочка. Ты же хотел третьей девочку?
Легенды утверждали, что чистокровные магички могли управлять даром своих детей. Наверное, я тоже смогла бы. Но мы с Раулем решили, что не будем вмешиваться в природу ни зельями, ни желаниями. И оба наших сына оказались магами-универсалами. И сила в них пробудилась рано безо всяких зелий. Не понимаю, ради чего маги принудительно ограничивали возможности своих детей?
Правда, когда я сказала это мужу, он ответил, что нестрашно, он меня любит и такой. А после того как получил локтем в бок, добавил, что ему очень повезло с женой. И с этим сложно спорить.
– А как же твои ученицы? – Кажется, Рауль испугался, что ему придётся брать руководство и над ними.
– Не переживай. Им тоже полезно знать, как и откуда берутся дети и с какой стороны к ним подходить, – шепнула я, поскольку Гюнтер со своей ношей уже приближался к нам.
Он осторожно опустил барышню на площадку, и мы с Раулем распахнули перед ними двери.
Тем временем вторую девушку поднял на руки парень из новоприбывшей троицы. Ему было далеко до деревенского парня по лёгкости восхождения, но он старался. Вслед паре тоскливо глядел расплескавший своё самомнение богач. Не знаю, кому он завидовал больше: парню или девушке, но желание качать права с его лица стёрлось.
– Знаешь, может, и не так плоха твоя идея с пансионом… – задумчиво произнёс Рауль, и я незаметно ущипнула его за бок. – То есть я имел в виду – замечательная! Замечательная идея! – быстро поправился он. – Потому что у меня просто замечательная жена, и других идей у неё быть не может!
Сложно спорить с очевидным.
Рауль Эльдберг сжал мою ладошку.
Каким он останется в памяти потомков?
Знаменитым драматургом Вилли Сказкаардом.
Первым ректором Драгаардского университета.
Другом и сподвижником короля Эрика IV Великого.
Наверное, так о нём напишут в учебниках по истории.
А в моей истории он останется любимым мужем. Отцом наших детей.
