Помещение, в котором когда-то жила бонна, было небольшим. Зато окно из него выходило на фьорд с его потрясающим видом. В комнате стоял стеллаж с книгами, сундук под вещи, секретер с удобной столешницей, неширокая кровать, немногим поуже, чем у меня в отцовском доме. Кресло с высокой резной спинкой и подлокотниками оказалось на удивление удобным. Я подёргала ящички секретера. Они были закрыты.
Это не беда. И даже наоборот. Я тоже хотела бы закрывать свои записи. В целом, для начала можно ничего и не менять. Только всё отмыть. Даже сундук не будет мешать. Я подошла и попыталась откинуть крышку.
Сундук тоже был заперт.
Ми бонна не слишком доверяла местным обитателям.
Нужно будет узнать о ней побольше. Возможно, у неё остались родственники. Её вещи можно будет отправить им.
А сундук, кстати, хороший, добротный. Подойдёт, чтобы до отправки в столицу хранить изделия, которые будут приносить мастерицы. Главное – разобраться с замком!
Всё! После обеда, когда Рауль вырвется из цепких лап своих дел, попрошу у него разрешения обосноваться здесь.
За трапезой дорогой супруг выразил сдержанное одобрение моей активности. Убедившись, что Девичьей башней я интересуюсь чисто с деловой точки зрения, а кабинет решила завести исключительно для того, чтобы шумные селянки не мешали ему заниматься работой, он согласился отдать мне комнату бонны. Как я и предполагала, няня погибла вместе с близкими Рауля. Муж сказал, что мало о ней знает, потому что почти не общался. Сказал лишь, что это была строгая тучная женщина в возрасте хорошо под шестьдесят. Когда Рауль был маленьким, бонны у Эльдбергов часто менялись. Но последняя продержалась на удивление долго. С позиции пусть временной, но всё же герцогини, я могла понять почему. Потому что толстая пожилая женщина вряд ли способна вызвать интерес герцога.
По поводу ключей от секретера и сундука Рауль сказал, что не представляет, где они могут быть. Возможно, дубликаты есть у дворецкого или экономки, но он бы не стал на это надеяться. Я бы тоже не стала отдавать им ключи от своих тайников. Можно пригласить местного столяра, скорее всего, он справится, добавил супруг.
Я поинтересовалась, где ещё можно присмотреть что-нибудь полезное для обустройства мастерских и моего будущего кабинета. Тщательно пережевав отбивную и немного подумав, муж предложил пройтись завтра по свалке антиквариата на чердаке. Я предложила назвать это более романтично: «свидание под самым небом». Поскольку нам всё равно больше некуда ходить.
Я боялась, что муж усмотрит в моих словах упрёк, однако он, напротив, оживился, быстро завершил трапезу и сказал, что его ждут дела. Возможно, до самого ужина.
Но завтра у нас непременно будет романтическое приключение. Под крышей. Он быстро чмокнул меня в кончик носа и чуть ли не вприпрыжку ускакал к себе.
Я же пошла в мастерскую.
Народа прибывало. Я начала запоминать тех, кто приходил не в первый раз. Рыжая Гретта, лет на десять старше меня, оказалась непревзойдённой выдумщицей орнаментов. Старенькая Хилма умела вывязывать объёмные узоры, но зрение в последнее время стало её подводить. Она согласилась за некоторое вознаграждение обучить этому ремеслу остальных. К тому же свет в мастерских хороший. Здесь кто угодно «смогёть», даже она. Её поддержали другие женщины.
Я сразу об этом не подумала, но и вправду: откуда в деревне хороший свет? У нас его давали магические артефакты. Они нуждались в периодической зарядке. Если у меня есть магия, возможно, я научусь с ними управляться. Но это когда-нибудь потом. Задача на будущее. Сейчас я поняла, почему раньше мастерские были востребованы. Зимой темнело рано, а здесь женщины ещё почти полдня могли работать на благо семьи.
Ещё одна мастерица, – длиннокосая, несмотря на почтенный возраст, Леа, – принесла несколько пуховых платков.
– Потрясающе! Это почти как тот, который мне дал нэрр-герцог! – восхитилась я, разглядывая паутинки из тончайших пушистых нитей.
– Не-е, хозяйка нэйра Эмилия, – возразила селянка. – Над вашей-то сама нэйра Каталина волошбу творила!
– Да? А какую?
– Да Годин ведаеть! – поделилась Леа. – Вот вы, госпожа хозяйка, какому волшебству обучены?
Я прямо присела сразу, чтобы не так было заметно, как у меня ноги задрожали.
– Так никакому! – быстро ответила я. Не обучена я, хоть оно у меня и есть. – А что, всегда хозяйки были с Даром?
– Да Годин ведаеть! Кто ж нам скажеть? – разумно ответила мастерица.
– Жаль, конечно, что я не умею зачаровывать платки. Это же намного дороже можно было бы продать! – посетовала я.
– Так Аста же мо… – подала голос рыжуля Гретта, но предостерегающие взгляды женщин постарше заставили её заткнуться.
– Что может? Как? – зацепилась я. – Она владеет магией?
– Да какое там «владеить»?! – сразу засуетилась Дагни, волевая старушка с визгливым голосом. – Откель же у наших махии вашей взяться?!
– Да я никому не скажу! Годином и Фройей клянусь! – Меня просто распирало от любопытства. – А что, бывает так, что среди обычных жителей деревни просто так могут родиться одарённые?!
Это в корне меняло мою картину мира.
