Андрей, как ни всматривался, ничего особенного пока не заметил. Гребцы взялись за весла и начали сдвигать их суденышко поближе к приманке. Несколько дальних лодок, насколько заметил Андрей, начали заходить справа и слева, остальные спешно отчаливали от берега, но что они все собирались делать пока было непонятно. Будем надеяться, у них есть план. Через несколько минут он отчетливо увидел небольшой пенный бурун, который быстро двигался в их сторону. Если акула что-то и подозревала, то никак этого не показывала. С другой стороны, на ее месте Андрей мог испугаться, наверное, только эсминца с глубинными бомбами. Свинья, которая уже почти обессилела, наверное, что-то почуяла и снова заорала во все горло. Из воды прорезался темный предмет, прямо на глазах он вытянулся вверх и превратился в знакомый ужасный серповидный плавник. Акула была уже совсем рядом, буквально в сотне метров. Андрею стало страшно и он сделал глубокий вдох. Даже не хотелось представлять, что ощущает несчастное животное-приманка. Свинья издала визг на грани ультразвука и в тот же миг что-то жутко рвануло ее в сторону. Во все стороны полетели розовые брызги. Почти сразу же рядом с их лодкой вспенился чудовищный бугор воды, которая стекала с бочкообразного тела водопадом. Кажется, Андрей заметил глаза, а может быть лишь показалось. Он не уловил момент, когда Лаэр успел вскочить на ноги. Абориген ловко бросил гарпун, он пробил спинной плавник твари насквозь и застрял в нем словно крючок. Тэа-Матэ величественно и плавно погрузилась, никак не отреагировав на укол, и когда Андрей уже думал, что она ушла на дно, из воды резко вырвался огромный хвост и ударил. Ощущения были такими, как будто в них врезался бульдозер, сорвавшийся с горы. Лодка почти перевернулась, а весла с левого борта хрустнули как спички. Никто не смог удержать равновесие и все люди повалились, словно сбитые шаром кегли.
— Сссука! — прошипел Лаэр, вскакивая и отряхиваясь. Ему повезло оказаться сверху. — Ну, что разлеглись? — крикнул он всем остальным. — Быстро заняли свои места!
Рыбаки быстро расселись, ругаясь почём зря. Один гребец с побледневшим лицом показал сломанную руку, едва сдерживая стоны. Впрочем, на его место быстро сел Кольвиниус. На его щеке алела большая ссадина. Андрей с Лаэром заняли места на носу, где в прорезь сбегала веревка, которая разматывалась из бухты с умопомрачительной скоростью. Андрей догадался, что она привязана к гарпуну. В этот самый момент их лодку грубо рвануло и потащило вперёд с приличной скоростью катера. Андрей едва снова не упал. Лаэр невозмутимо подхватил деревянный черпак и начал поливать трос водой. Андрей невольно отметил профессионализм своего друга — он умудрялся делать несколько дел одновременно: контролировал натяжение фала, подавал команды гребцам и делал какие-то знаки остальным участникам охоты.
— Какой у тебя план, дружище? — нетерпеливо спросил Андрей.
— Теперь мы её замедлим, — ответил Лаэр не оборачиваясь.
Андрей хотел спросить, каким образом, но тут обратил внимание, что множество лодок успело выстроиться впереди полукольцом и с них в лихорадочном темпе сбрасывают в воду какие-то бочонки. Все это было явно спланировано заранее. Вскоре он заметил что по воде начало распространяться пятно чернильного цвета.
— Что это за гадость? — уточнил он.
— Отвар из Deadralium. Ягода такая. Между прочим, некоторые люди варили его всю ночь, в то время как другие расслаблялись как могли, — абориген иронично прищурился.
Андрей не нашёлся что ответить. Ему было совсем не до шуток. Тэа-Матэ, прущая вперед как танк, протащила их прямо через окрашенные воды и произошло кое-что удивительное. Её скорость сильно упала, а сама она поднялась к поверхности, да так и продолжила плыть в полупогруженном виде, почему-то не делая никаких попыток нырнуть или напасть.
— Ага, — удовлетворенно заметил Лаэр. — Не нравится ей наш отварчик.
— Что с ней такое? — спросил Андрей.
— Отравлена, — коротко бросил абориген. — Её сейчас колбасит как трезвенника после бутыли самогона.
— Да ладно, охренеть!
— А ты думал, Рэй, мы тут только воблу сушить умеем? Но это пока все, дальше придётся действовать грубой силой, — добавил Лаэр с сожалением.
Акула продолжала тянуть, но теперь уже как трактор под управлением пьяного тракториста. Она бессистемно рыскала вправо-влево и, казалось, была полностью дезориентирована. Тем не менее, несмотря на явное отравление её акульего организма, дури у нее все еще с лихвой хватало на то, чтобы тащить их лодку за собой. А может быть она вообще про них забыла. Лаэр постепенно выбирал слабину троса, а когда выдавались редкие передышки, гребцы сопротивлялись и упирались веслами, как могли. Толку от этого, по мнению Андрея, было ноль.
— А она не нырнет? — спросил он, опасаясь, что в этом случае их лодка сразу пойдет ко дну.
— Не должна, похоже, что у нее сейчас серьезные проблемы с дыханием. К тому же здесь для неё очень мелко. Место такое. Специально выбрал.
— Ладно, — сказал Андрей, подхватив ближайшее наточенное копье, — в какое место посоветуешь ей это воткнуть?
