Правда, рождаемость снижается повсюду, даже в самых активных на этот счет регионах. Но ведь не до такого состояния, когда нет даже простого воспроизводства родителей, не говоря уж о необходимом — расширенном. Между прочим, еще один примечательный фактор, влияющий на отношение женщин к семье, к детям: близость к природе. Деревенские жители знают, что составляет истинные ценности бытия, а что мнимые. Видимо, оттого споры, то и дело возникающие в печати по затронутым здесь проблемам, не вызывают откликов именно крестьянок, чью нагрузку никак нельзя сравнить с нагрузкой городских женщин.
Наиболее шумную почту обычно составляют отклики женщин, занявших ведущее положение в своей области, кому профессиональные успехи представляются куда более важными, нежели материнские. Элитарные амбиции мешают им искать и находить удовлетворение в «черном» домашнем труде. А значит, появляется стремление свести его к минимуму. Дети же как раз и требуют напряжения сил, времени, забот и хлопот. А посему их число сокращается до предела — единственного ребенка. Вообще жены подобной категории, когда приходится выбирать между работой и семьей, отдают предпочтение производству.
Кому и что избирать — дело личное. Если бы под предпочтение не подводился, так сказать, «идейный базис»: мол, именно эти женщины заслуживают звания передовых, прогрессивных. А те, кто действует иначе, замшелые домоседки-наседки. Будто бы и впрямь «производство человека» менее важная отрасль народного хозяйства, чем все остальные, которые и существуют-то лишь для него, во имя него, его трудом и мыслью. Идеальный вариант, конечно, в разумном и достойном сочетании двух служб. На это, видимо, и надо ориентировать женщину, помогать ей осваивать их. Вот это непонимание: что творить людей — самая сложная и самая необходимая должность на земле, нередко обнаруживают наиболее преуспевающие женщины. И в таком случае проблема предпочтения перестает быть только личной заботой.
Не забыть, как однажды меня пригласили на обсуждение моей статьи по этой самой теме. Среди собравшихся наиболее активными выступающими были научные и общественные деятельницы. Некоторые из них поставили автору статьи в вину попытки осмыслить, что дают (а не только отнимают) привычные домашние труды и заботы по воспитанию детей нашей занятой современнице. Их возмутили призывы: учиться извлекать из этих хлопот физическую, интеллектуальную и нравственную пользу, даже радость. Они увидели в этом стремление автора вернуть женщину к унизительному для нее состоянию домашней рабыни. (О неисторичности подобного представления я уже высказалась выше.) Тогда же меня потрясла нетерпимость, с какой высказывались оппонентки. Можно было подумать, будто их, женщин, призывают не любить и рожать, а, напротив, ненавидеть и убивать.
Конечно, были и другие мнения. Но все же собрание это было весьма поучительным и симптоматичным. Оно лишний раз подтвердило убежденность: материнство, семья нуждаются не только в юридической защите и материальной поддержке государства, они должны обрести свою высокую ценность прежде всего в сознании тех, кто формирует общественное мнение и служит своего рода эталоном для других слоев населения, не обремененных ни высшим образованием, ни профессиональными достижениями, ни традиционными предрассудками, ни собственным житейским опытом. Эталоном для наших старшеклассниц, учениц ПТУ и техникумов, молодых работниц — для будущих жени матерей, что в поисках «делать жизнь с кого» оглядываются, естественно, не на бабушку Дуню, а на именитых женщин, в особенности представительниц «престижных» профессий вроде ученых, актрис, журналисток. А насколько самые преуспевающие на работе могут служить образцом для подражания в семье — это еще нужно посмотреть. Половая и семейная культура не дается автоматически с дипломом о специальном и высшем образовании.
Оттого меня смущает уверенность философа, что генетическая природа женщины «все равно» формирует определенный стиль поведения женщины-матери, жены, хранительницы семейного очага. Как не могу я разделить и оптимизм социолога, убежденного, что копирование мужских слабостей и пороков современными «эмансипе» — временный зигзаг.
