Мужчины заглядывали внутрь какого-то агрегата-монстра, похожего больше на пункт управления, например, космическим кораблем, нежели на машину для производства одежды. Этот монстр, очевидно, вышел из строя, потому как, в отличие от своих работающих собратьев по цеху, стоял со вскрытым «брюхом» и бесстыдно являл миру свои космические внутренности. Что там можно было обсуждать, для меня осталось загадкой, ибо все, что я могу сказать про увиденное, так это то, что внутри машины находилось что-то «механическое» – куча железяк вперемешку с разноцветными проводами. Ну еще слово «нанотехнологии», как мне кажется, сюда подходит.
– Добрый день. – протянул руку заместителю покойного Егор. – На пару слов?
Тот посмотрел на часы, но отказать не решился:
– Да, конечно. Юра, до завтра уложишься? – обратился он уже к рабочему.
– Будем стараться, Михалыч. – поправил тот кепку на затылке.
– Хорошо. Я вечером еще зайду. – предупредил подчиненного Михалыч, и мы пошли на выход из цеха подальше от назойливого шума работающих машин.
– Не возражаете, если мы в столовой побеседуем? – уже на улице спросил нас мужчина и пояснил: – Машина на двенадцать мест неожиданно встала, пришлось обед пропустить.
– Можно и там. – согласился Егор.
У меня перед глазами тут же нарисовалась тарелочка холодного борща и пироженка, так что я была очень и очень за такой поворот событий.
Заводская столовая, обслуживающая всех желающих перекусить, находилась на первом этаже отдельно стоящего здания, в котором, как гласила табличка при входе, располагался еще и экспериментальный цех.
Надо сказать, внешний вид помещения меня удивил. При словосочетании «заводская столовая» я, как и многие другие, ожидала увидеть что-то наподобие школьной столовки с рядами потрёпанных столов и стульев и толстой, грозной теткой на раздаче, лихо орудующей половником.
Однако, вместо этого мы очутились в просторном современном зале, и, судя по всему, без услуг приглашенного дизайнера здесь не обошлось. Черного цвета столы на четверых и под стать им стулья в стиле хай-тек стояли стройными аккуратными рядами, с глянцевого потолка оранжевого цвета свисали круглые светильники, что находили отражение в сером керамограните, широкие окна скрыты за подобранными в тон потолку занавесками.
Так как обеденное время уже прошло, наплывом посетителей столовая похвастать не могла. Заняты были лишь несколько столиков, да и то, судя по пустым тарелкам, люди вскоре собирались уходить.
– Не так я себе представляла это место. – протянула я, оглядывая помещение.
– Да, Аркадий Михайлович года три назад ремонт сделал. – пояснил мужчина. – А до этого тут хуже, чем на вокзале, было. Только тараканы и не бегали.
«Повезло нам, что мы не три года назад расследованием занялись» – отметила я про себя, пока мы шли к прилавкам с едой.
Здесь действовала система, когда сначала самостоятельно набираешь блюда на поднос, а потом уже оплачиваешь выбранное на кассе. Причем какую-то часть платы берет на себя организация. Но нас с Егором это не касалось, так как официально сотрудниками компании мы не являлись.
Я, как и хотела, поставила на поднос холодный борщ, зеленый чай и не позволивший пройти мимо бархатистый тирамису. Мужчины же, несмотря на жару, заполнили свои подносы более основательно.
– Сто лет не пил компот! – как маленький обрадовался Соболев дивной находке и взял аж два стакана.
Я скептически оглядела его поднос: вряд ли там найдется свободное место даже для крохотного кусочка хлеба.
– Ну и аппетиты у вас, Егор Станиславович. – не удержалась я от комментария.
– А в вас-то как еще душа держится, Мария Аркадьевна? – оценил он мой набор.
– На голом энтузиазме. – парировала я.
Расплатиться за обед я благосклонно позволила мужчине. А он, в свою очередь, не преминул разлюбезничаться с кассиршей, дородной, кстати, женщиной в летах, которой в плане фигуры было чем похвастать. Поводом к беседе стала мысль, что современные девушки морят себя голодом, лишь бы ни грамма мяса к костям не прилипло, а то, что мужчины не собаки, и на голые кости не бросаются, им невдомек.
Тот факт, что на моем подносе центральное место занимала тарелка с калорийным, прошу заметить, пирожным, похоже, никого, не смущал. Я решила столь неприкрытые провокации игнорировать, молча прошла за стол и принялась за суп.
– Приятного. – пожелал нам Александр Михайлович перед тем, как приступить к обеду.
– Спасибо. – с набитыми ртами ответили мы.
Борщ оказался выше всяких похвал и даже вкуснее, а пирожное вообще надолго отправило меня в экстаз. «Надо было брать пример с Егора и взять две штуки» – думала я, облизывая ложку, и, находясь в блаженстве от вкусовых ощущений, прикрыла глаза.
Судя по тому, как споро и непрерывно напарник орудовал приборами, местную кухню он тоже оценил.
– Здравствуйте, приятного аппетита. – раздалось вдруг у меня за спиной.
Я закашлялась и обернулась посмотреть, что за дамочка посмела прервать мою нирвану.
