Бывшей женой Шуйского оказалась моложаво выглядевшая шатенка, довольно-таки стройная. Одета она была в стильный офисный костюм темно синего цвета, стрижка каре уложена волосок к волоску, аккуратный маникюр – все это говорило о том, что перед нами отнюдь не еще одна несчастная, брошенная мужем на произвол судьбы, а успешная, сумевшая не сломаться после развода и не потеряться в этой жизни женщина. Да и новая фамилия явно говорит о том, что дама вышла замуж еще раз.
Я заняла стул, стоявший рядом со столом женщины, а Егор пододвинул для себя тот, что располагался у стола соседки.
– Ирина Олеговна, – обратился к бывшей супруге покойного Соболев. – Еще раз приносим свои извинения за беспокойство, но мы бы хотели с вами поговорить о бывшем муже.
– Даже и не знаю, смогу ли чем-то вам помочь. – растерялась женщина. – Дело в том, что мы в последнее время почти и не общались. Алименты мне с его работы на карточку переводят, а с сыном он встречался уже без меня, так что у нас и поводов-то видеться не осталось.
– Нам пригодится любая информация. Может какой телефонный разговор вспомните, или сын что рассказывал. – не сдавался напарник.
– А зачем вам это? – обоснованно поинтересовалась женщина.
Я посмотрела на Егора – интересно, как он собирается выкручиваться.
– Потому что мы имеем основания подозревать его в не совсем честной деятельности на нашем предприятии.
– Знаете, – растерянно произнесла женщина. – может вы и правы. Сын в последнее время стал с дорогими подарками после их встреч возвращаться. С прошлой приставку принес, а до этого телефон новый. Я еще все удивлялась, чего это Андрей такой щедрый стал. То ему ребенок годами не нужен был, а тут на тебе.
– Может в нем совесть взыграла. – встала я на защиту Шуйского.
– Может и так. – не стала спорить женщина. – Еще Кирюшка хвастался, что у папы машина новая – он его как-то со школы забирал, круче, чем у остальных родителей, и что папа обещал ему на восемнадцать лет такую же подарить. Я тогда еще подумала, что как ему не стыдно так ребенка обманывать, а теперь вот не знаю, вдруг и правда собирался.
– Когда, говорите, это было? – заинтересовался Егор.
– Да с месяц назад примерно.
– Больше ничего?
– К сожалению. – развела руками Ирина. – Все, что знаю, и то со слов ребенка.
– Спасибо за помощь. – поднялся со стула Соболев и посмотрел на меня, давая понять, что тут мы закончили.
Я тоже встала и, попрощавшись с женщиной, покинула кабинет вслед за напарником.
Обратную дорогу к впечатляющему холлу мы нашли без труда, хотя, если бы не Егор, дверь на лестницу я бы точно пропустила.
В машину мы погрузились, когда часы показывали, что до маминого ужина оставалось всего полтора часа, и я с прискорбием осознала, что заехать домой и не опоздать при этом к родителям, не получится.
Выход из положения, как ни странно, предложил Егор. Как раз через дорогу, заманивая посетителей броскими вывесками всевозможных магазинов, ресторанов и даже кинотеатра, возвышался торговый комплекс. Вот уж где точно найдется подходящий наряд!
Мы быстренько выбрались из машины и поспешили к громадному зданию. На первом этаже я собиралась было свернуть в первый попавшийся магазин, которым оказался производитель демократичной марки одежды, но Соболев не позволил и, приобняв за плечи, направил к стенду с картой комплекса.
– К чему такая скромность, Маруся? Годовщина свадьбы родителей заслуживает более тщательной подготовки.
– Да? А еще годовщина свадьбы заслуживает, чтобы мы не опоздали.
На это Егор ничего не ответил, лишь, выискав что-то для себя на карте, молча повел нас к прозрачным лифтам.
В итоге мы оказались на втором этаже перед витриной бутика известного на весь мир итальянского модного дома.
– У тебя что, комплексы? – спросила я мужчину.
– С чего ты взяла? – рассмеялся он.
– Потому что я искренне не понимаю, зачем покупать платье, чтобы один раз съездить в нем к родителям на дачу, в бутике.
– Хочу сделать тебе приятное. Да и мама твоя порадуется, что ты не в джинсах.
– Ну, если тебе нравится расплачиваться за одежду для совершенно посторонней девушки, – последние слова я специально выделила интонацией. – десятками тысяч, то кто я такая, чтобы отказываться.
Внутри предельно вежливые и предупредительные девушки – везет нам сегодня на таких – поприветствовали нас и предложили помощь, от которой я отмахнулась и пошла штурмовать стенд с коктейльными платьями, от платьев в пол я наотрез отказалась. Как назло, мне попадались сплошь ассиметричные модели с голыми плечами, вырезами, прозрачными вставками и прочими изысками, которые так и кричали «Эй, вы все! Зацените задницу/сиськи моей обладательницы!» или «Не проходите мимо!» и подошли бы скорее для похода на дискотеку, нежели к торжественному вечеру моей маман.
Соболев пристроился рядом и вытаскивал самые ужасные платья со словами «По-моему, вот это ничего». Как только он умудрялся их откапывать?
Я уже почти успела отчаяться и ничего хорошего от очередной вешалки не ждала, когда минут через пятнадцать обнаружила в своих руках приличное на вид черное платье.
