- Стоять! – в голосе богини зазвучала сталь и где-то, совсем рядом, что-то отчетливо громыхнуло – Дорогой! Поведай своей любимой о том, как ты развлекался на досуге – друзья, вино, шлюхи или, может быть, война? Война с моими драгоценными эльфами??
Соскочив с места и вильнув упругой попкой, Дану сорвала тонкое покрывало со Зрака небес и замерла, потрясенная ужасной картиной.
Перед глазами богини расстилалась горящая степь, леса, охваченные пожарами, Изумрудное сердце, оскверненное ордами орков и трупы, любезных ее сердцу, эльфов, тех самых перворожденных, любимейших из детей богини…
А, самое главное, богиня заметила, как огромное войско людей и орков, медленно подступает к некой заповедной роще. Роще, в самом центре диких земель, той самой роще, где играла в свои куклы их единственная дочь, Лиалина…
- Прости меня, милая, слегка увлекся! – покаянно развел руками Антарес – Надеюсь, ты не станешь гневаться, любимая? Это, всего лишь люди и эльфы. Не стоит расстраиваться из-за подобного пустяка!
- Дооорогой! – голос Дану зазвенел от злости, и она в упор взглянула на мужа – нам нужно серьезно поговорить, любимый!
Тонкая фигура богини окуталась серебряным сиянием и Антарес, судорожно вздохнув, с ужасом наблюдал за тем, как все ее тело покрывается мифриловой броней, как серебро глухого шлема скрывает ее золотые волосы, как нежный взгляд синих глаз сменяется мертвой ртутной тусклостью..
В руках богини сформировалась огромная, черная, чугунная сковорода, которой она, весьма, ловко орудовала.
- Поговорим, дорогой? – голос богини сорвался на визг и Антарес бросился прочь от разъяренной супруги, сметая на своем пути предметы мебели и проламываясь сквозь стены. – Куда же ты, милый? Не так скоро!
Дану, воинственно потрясая сковородой, бросилась следом, твердо вознамерившись ознакомить супруга с сим, необходимым в семейной жизни, инвентарем…
- Пустяки, дорогой? – ухмыльнулась синеокая богиня в глухом шлеме – Сейчас я покажу тебе – пустяки!
В небесах громыхнула и на Эстрелле воцарился кромешный ад.
**
Меллиан завороженно вглядывался в небеса, словно пытаясь взглядом поспеть за скорыми молниями, заполонившими небо яркими сполохами огня.
Беспрестанно грохотал гром, обрушивая глухие раскаты на ни в чем ни повинную степь, терзая ее ветром, холодным и беспощадным.
Где-то вдали чернели вытянутые к поднебесью темные сгустки мрака – огромные, чудовищные по своей силе, смерчи, зарождались в самом сердце пустынных земель, вытягивались веретеном и с громом и молниями начинали неспешный бег по земле, протягивая хищные облака на запад, туда, где по следам беглеца мчались безжалостные гончие орков и следопыты людей, туда, где за линией горизонта, растянувшись на лиги, в клубах пыли и дыма от пожарищ, медленно двигалась армия людей и орочья орда.
Туда, где таилась погибель для всех иных рас, кроме человеческой.
Яростно завывавший ветер, раз за разом обрушивал страшные удары на землю, трепетала листва крайних деревьев, расплетался колючий кустарник, дрожа в мерцающих бликах небесного огня, не голосили птицы, звери затаились среди древесных стволов, вжимаясь в траву – буйство стихии вызывало смятение и страх в безмятежных сердцах.
И, лишь дитя богини, бесстрашно взирала на зарождающуюся бурю, готовая шагнуть навстречу урагану.
Ее светлые волосы стелились по ветру, берилловый взгляд огромных, по-детски бесхитростных глаз, потемнел, тяжелея с каждой каплей дождя, с каждым раскатом грома, с каждым всполохом, ярким и пронзительным.
- Богиня разгневана! – закричала девушка, протягивая руки вперед – она явила нам свои ярость и гнев..
Меллиан находился подле своей спасительницы. Потрясение, отразившееся на лице эльфийского принца, было достойно кисти самого талантливого художника Эстреллы – ни разу за свою жизнь принц не встречал столь неистового гнева, столь сильной ярости, столь явного проявления божественной воли.
Дану считалась мирной богиней, богиней-разумницей, животворящей Девой, хранящей мир, живым щитом всех существ Эстреллы.
И, лишь Антарес, бог войны и брани, мог обладать громами и молниями, кровавой яростью и буйством. Антарес – покровитель людей, неистовый бог орков, жаждущий жертв и разрушений, наслаждающийся видом пожарищи агонией смертных и бессмертных созданий, Антарес, но, никак не кроткая Дану!
Миролюбие богини явно преувеличивали!
Невольно принц отступил, когда темные веретена огромных смерчей сорвались с цепи и неукротимым валом обрушили на степь собственную ярость, но, прохладная ладонь Лиалины сжала его горячие пальцы.
Девушка взглянула на принца и взгляд ее берилловых глаз был полон безмятежного покоя:
- Никто не сможет противиться воле Богини. Сегодня враг потеряет твой след, пришелец с Запада. Ты сможешь укрыться и отдохнуть в моей роще.
Завороженный спокойствием и безмятежностью юной девы, принц покорно шагнул следом за ней, скрывшись в зелени кущ. Кусты сомкнули свои ветви, ощетинившись колючками, задвигались, заколыхались на ветру.
