При выходе из Ангбардова зала, Роланд попытался ей что-то сказать.
— Ш-шш, — предостерегла она и когда они стали спускаться по парадной лестнице, оперлась на его руку. Спина болела, ноги подкашивались. — Просто доведи меня до моей комнаты.
— Думаю, нам следует поговорить, — настаивал он.
— Потом. — Когда они добрались до коридора, она поморщилась. «Семени потихоньку», — твердила она про себя. Сильнее всего спина болела в районе почек. Она явно перепила. — Завтра.
Он придержал для нее дверь.
— Прошу…
Мириам посмотрела ему в глаза. Широко распахнутые и умоляющие: искренне галантный, исполненный благих намерений молодой человек — «молодой? да он всего лишь на пару лет моложе меня» — с классной задницей, но именно таким она инстинктивно не доверяет.
— Завтра, — твердо сказала она и поморщилась. — Я устала. Может после завтрака?
— Как тебе угодно. — Он отступил назад и когда Мириам повернулась, чтобы закрыть дверь, она увидела, что перед ней стоит Мэг, старшая служанка.
— А, Мэг, — Мириам на всякий случай улыбнулась. Мельком глянула в сторону ванной. — У меня выдался тяжелый денек, так что я скоро лягу. Ничего, если я попрошу тебя уйти?
— Но как вы разденетесь? — смущенно спросила Мэг. — И что если вам ночью что-то понадобится?
— А каков обычный расклад? — спросила Мириам.
— Так это… здесь и ночуем, дабы угодить вам ежели что. — Она понурила голову.
— Боже мой, — вздохнула Мириам и осела бы, но не позволил наряд, словно призванный держать её по струнке. — О, боже. — Она шагнула в сторону ванной, но застряла в дверях, зацепившись рукой за раму. — Ладно. Начинай меня раздевать. Потребовалось десять минут, чтобы совместными усилиями двух служанок раздеть Мириам до нижнего белья. В итоге что-то подалось и её ребра снова задвигались. — Ох. Ох! — Мирам сделала глубокий вдох, затем сглотнула. — Пр-стите. — Она головокружительно метнулась в ванную, заскользила по кафельному полу и закрыла дверь на защелку. — Черт, черт… — она прикипела к унитазу.
Через минуту она издала вздох облегчения. Взгляд упал на диктофон, она взяла его и включила.
— Себе на заметку, — пробормотала Мириам. — Во время официального банкета поясница может болеть из-за стула, но, опять же, это возможно и потому, что поднялись почки. — Четыре, нет — пять бокалов вина. Она покачала головой, её по-прежнему шатало, она сделала еще один глубокий вздох. — И с дыханием проблемы. Ну их в задницу! Когда в следующий раз закатят официальный банкет, пусть мирятся с тем, что я оденусь во что-нибудь купленное в бостонских магазинах. Я не собираюсь во имя местной моды превращаться в ортопедическую немощь. — Мириам еще раз глубоко вздохнула. — Так-с. Еще заметка. Маргит Пражская, средних лет, вроде как дуэнья Ольги Торольд, которая, похоже, вышестоящая. Ольга — дура дурой. Считает, что швейцарский пансион благородных девиц — это высшее образование. Заветное желание — удачно выйти замуж. Похоже, Ангбард продемонстрировал мне её как ролевую модель, хрен его знает зачем — может быть здесь все женщины знатного происхождения такие как она. Винченце просто жуть до чего стеснительный. Может здесь парней этому учат, например, есть что-то вроде пансиона благородных парней. У мужчин английский лучше, чем у женщин. Интересно, не значит ли это, что они переправляются на другую сторону чаще.
Она нажала на кнопку паузы и встала с толчка. Раздевшись догола, насладилась отсутствием контакта чего бы то ни было с кожей.
Вдруг её осенило.
— Я приму ванну, — крикнула она через дверь. — Не ждите меня. Помощь мне не понадобится.
Она принимала ванну третий раз за день, но излишеством тут и не пахло — она вся чесалась. Мириам безжалостно набухала в ванну дорогостоящих банных солей и ароматизированных масел, после чего скользнула в море пены.
— На заметку: ванна явно оттуда. Значит существует способ переносить громоздкие вещи. Нужно выяснить как. Раз уж какие-то придурочные кузены горят желанием угрохать меня из-за моего происхождения, мне бы хотелось знать что мне угрожает — пистолет или бомбардировщик Б-52. — Еще одна мысль стукнула ей в голову. — Похоже они попали в эволюционную ловушку, подобно странам Персидского залива. Высший класс баснословно богат, может импортировать всё, что им заблагорассудится, любые предметы роскоши и отсылать детей учиться за границу, но они не могут импортировать достаточно, э-э…
Она отложила диктофон и хорошенько намылилась, стараясь снять с себя пот и напряжение.
