— Ничего страшного, мне просто необходимо посоветоваться с тобой в конфиденциальной обстановке, — она понизила голос, — они ведь должны знать, что я более тридцати лет жила на другой стороне. Неужто я не могу провести наедине с тобой пару часов, чтобы при этом никто не шпионил?
— Гм. — Он чуток помолчал. — Ну, разве что ты умудришься стать невидимкой. Послушай, мои покои этажом выше, вторые по той же стороне. К шести накроют к ужину, после чего я отошлю слуг. Тем не менее, было бы лучше, чтобы тебя никто не видел. Не то пойдут кривотолки, каковыми не замедлят воспользоваться твои враги.
— Что-нибудь придумаю, — пообещала она. — Открой вино и приоденься, я скоро буду.
В устье реки Фолл-Ривер, в дне езды к югу от Форта Лофстром, примостился на морском берегу городишко Сварлберг. Ютящийся за стенами огромной, хотя и несколько поосыпавшейся каменной крепости, возведенной по
Однако в это время года купцы в гавань заходили нечасто. Разве что прибьется несколько поотставших суденышек из попавших в ледяную ловушку северных колоний, или же какой запоздалый корабль, пользуясь последней возможностью перемещения между Ледяными Островами и западной цивилизацией, бросит вызов североатлантической зиме; впрочем, зима уже вступает в свои права и помериться силами с жестокими арктическими штормами могут лишь богатые дурни или же те, кому совсем уж нечего терять.
У портового трактира осадил утомленного скакуна и устало спешился всадник. Он прождал целую минуту, пока на его стук не выглянул, приоткрыв окошко, хозяин.
— Чего надо? — грубо спросил тот.
— Пиво, харч и стойло, — всадник покрутил у хозяйской хари монетой. — Иль может с последнего раза как мы виделись, Андру, ты впал в зимнюю спячку, аки разжиревший на лососине медведь?
— А-а! Заходите, — Андру, хозяин постоялого двора, отпер массивную дверь и крикнул через плечо: — Маркус! Маркус! Да где же этот мальчишка? — От стояния на сквозняке его пробрала дрожь. — Холод собачий. А вы нынче к нам надолго, сэр?
Из кухни выскочил худенький мальчик.
— А мама сказала, чтобы я… — начал он.
— Лошадь, — распорядился Андру. — Стойло, щетка, овес. Ты знаешь, что делать.
— Да, хозяин, — мальчик подобострастно поклонился и, дождавшись пока всадник отцепит седельную сумку, повел мерина на конюшню.
— Ишь нахлебник, в тепле отсидеться надумал, — сказал Андру, покачивая головой и оглядывая улицу в тщетной надежде обнаружить парочку потенциальных клиентов в придачу. Однако смеркалось и всяк находившийся в здравом уме уж давно лежал в теплой кровати. Он посторонился, пропуская постояльца, и захлопнул за ним дверь. — Чего изволите для начала?
— Да хоть что, — над толстенным шарфом блеснул полуоскал улыбки. — Я не сегодня-завтра жду гостя и если у тебя найдется свободный угол и винный бочонок, я задержусь.
— Располагайтесь, сэр, а я мигом всё устрою, — и хозяин метнулся куда-то, взывая: — Райя! Райя! Есть подобающая придворному почивальня?
Внутри стояла мертвая тишина — сказывалось время суток и года, лишь похрапывал, забившись в угол, пьяный матрос, а за одним из столов что-то мямлил в чарку подогретого вина писарь, временами обращаясь и к перьям, каковые перебирал и чинил готовясь к следующей рабочей неделе. По всему видать, постоялый двор переживал не лучшие времена, что было лишь на руку наезднику, ибо чем меньше людей его увидит, тем лучше.
Спустя какую-то минуту хозяин суетливо — «сюда, достопочтенный, будьте любезны, сюда, сэр» — провел всадника через боковую дверь. — Мы приискали вам почивальню, сэр, и вот не угодно ли отборных закусок и южного вина… Довольно ли сего? Нынче конец сезона, но коль скоро вы остаётесь, назавтра зажарим ягненка…
— Да, да…
Хозяин, суетясь, удалился, а всадник упал в стоявшее у стола кресло, вытянул ноги и набрюзжал на прислужницу, недостаточно быстро стянувшую с него сапоги.
Двумя часами позднее он клевал носом над вторым кубком вина — комната была сносно протоплена, а в набитом колбасою и маринованным языком брюхе ощущалась приятная тяжесть, — как вдруг послышался робкий стук в дверь. Он мигом вскочил на ноги и выхватил пистолет.
— Кто там? — тихо спросил он.
— Когда ревет дракон арктического ветра… блин, ну и хрень. Иаков, ты?
— Здорово, Исав. — Свободной рукой Иаков распахнул дверь. Револьвер исчез как не бывало.
— Подмораживает, — сказал человек по имени Исав, подышал на пальцы, потряс головой, после чего принялся стаскивать перчатки.
Иаков махом закрыл дверь.
— Тебе надлежит с бóльшим тщанием блюсти правила безопасности, — сказал он.
