Пока Шарип помогал ему разоблачиться, чтобы заменить пропотевшие одежды, в оружейную заглянул угрюмого вида жрец. Удостоверившись, что Геррерт не ранен, он вежливо откланялся.
— Вы произвели настоящий переполох, отец, должно быть, гордится вами, — щебетал обычно неразговорчивый слуга, обливая обнажённого по пояс рыцаря водой из бочки. — Уверен, что второй поединок вы завершите столь же блестяще.
— Надеюсь на это… Ай, холодно! Дай полотенце!
Шарип вновь помог ему облачиться в доспехи. Несмотря на прошедший поединок они по-прежнему выглядели, будто только скованные, единственным напоминанием о схватке осталась лишь царапина от клинка фаира Бэлина шлеме. Мелькнувшие в голове воспоминания заставили Геррерта улыбнуться и мысленно поблагодарить Светлого Бога за столь удачный первый бой, в котором он не только одержал убедительнейшую победу, но и заработал благосклонность зрителей. И хотя Шейрон не мог знать наверняка, кто станет его следующим противником, но пребывалв уверенности, что тот будет намного искусней, нежели Жалостливый.
Так и вышло, герольд объявил его: «Полноправный владетель титула и земель, один из величайших воителей имперского юга, шехэт Марвик Бесэ». К счастью, это имя оказалось Геррерту хорошо знакомо: Бесэ были исконными владельцами замка на острове Гвинра и давними соперниками Бринадаля. На их гербе стайка серых рыбок окружала окровавленный меч.
Сам Марвик показался Шейрону довольно забавным: невысокий и коренастый, с доверчивыми глазами и румянцем на полных щеках. Защитой ему служили чешуйчатые доспехи, называемые за пределами Санреса «рыбьими», а голову нового соискателя венчал шлем с гребнем, напоминающим плавник. Следом за ним семенил маленький оруженосец, тащивший длинный полуторник, судя по характерной внешности, паренёк и сам происходил из рода Бесэ.
«Кажется, у него был брат… вроде бы Арик… или Анрек…» — мимоходом подумал Геррерт, принимая из рук Шарипа верный меч и направляясь к середине площадки. И, прежде чем герольд прокричал: «Сражайтесь!» противники успели обменяться парой слов:
— О!ФаирШейрон, вы бились отчаянно, словно сам Джахорд, Бог Войны, спустился в мир смертных. Но спешу вас предупредить, меня не сдвинуть и не сломать — я скала! — с гордостью в голосе и задорной искрой в синих глазах произнёс Марвик.
— В таком случае мне придётся стать Гвиндером Крушителем, — усмехнувшись, ответил Геррерт, чем немало удивил соискателя.
— Так вы знакомы с историей моего рода? Это неожиданно и… лестно!
Но их так хорошо начавшейся беседе помешал голос распорядителя, и соперники, поклонившись, начали поединок.
Мечи заплясали в руках. Марвик играючи, самым остриём, отвёл несколько ударов. Он и впрямь был хорош в обороне. Но так ли устойчив? Геррертвновь обрушился на врага, вложив в меч не только умение, но и силу. Бесэ сдержал напор. Отбил засечный, за ним — выпад. Отступил на шаг. Вернулся. Ударил сам.
С тем же успехом Шейрон мог рубиться с камнем. Только тот не бил бы в ответ. И не навязывают своих правил. Теперь наступал Марвик: бил скупо и точно, без широких замахов и лишних движений. Наседал, теснил, давил противника.
«Он не Бэли, этот отдыха не даст!»
С огромным трудом Шейрону удалось прервать казавшийся бесконечным поток ударов, и вновь выбросить меч в отчаянном выпаде. Увы, лишь остриё звякнуло о нагрудник.
Клинки сходились вновь и вновь, юсфит, протяжно звеня, сталкивался с юсфитом. Соперники не желали уступить друг другу, в дело шли все премудрости рыцарской науки: выпады, финты, засечные и восходящие удары…
Геррерта захватил этот танец битвы, он не чувствовал ни усталости, ни веса клинка, полностью сосредоточившись на своём мече и мече Бесэ. Мелькали лезвия, лязгая по доспехам, сыпались искры и восторженно кричали зрители. И тут Марвик сделал то, чего от него никак не ожидали… он запел! Не прекращая орудовать клинком, шехэтзатянул глубоким приятным голосом песню, слова которой показались Геррерту смутно знакомыми:
Вся жизнь — размен желаний неуёмных,
Безумный поиск суетных страстей!
Удар, удар, финт — бесполезно! Отход… а Марвик продолжает, как ни в чём не бывало:
Сраженье супротив мечей наёмных,
И бег от острых хищника когтей!
«Баллада о Бесстрашном, — вспомнил Шейрон, уклоняясь от очередного выпада, и подумал ещё. — А хорошо поёт… Всё равно! Я должен… его победить!»
НаследникБринадаля осыпал противника градом ударов, но тот продолжал непоколебимо петь и отбиваться.
Будь хоть селянин, хоть купец…
Теперь слова звучали более отрывисто, и рыцарь делал после каждой строчки остановки, дополняя стихи баллады музыкой металла.
Иль на главе твой венец…
Геррерт исхитрился выполнить сложнейшую связку, метя в сочленение наплечника, однако в последний миг Бесэ удалось отвести меч Шейрона в сторону и дважды рубануть в ответ, пропев:
Попомни, за тобой придут!
И душу в Бездну заберут!
«Будь проклят этот гвинреец, он и весь его поганый род!» — пронеслась в голове Геррерта полная боли и ненависти мысль. А Марвик продолжил победный гимн, пропустив при этом два куплета:
Лишь только рыцарь страх не ведал,