— Запашок так себе, — прогнусавил Микки поднимая к носу шарф.
— А ты что ждал аромат духов или роз? — усмехнулся Шелест.
— Идём тихо, парни, — проговорил Брокер. — Надеюсь тут только трупы… Не те что ходят.
— Но ты же знаешь, что сейчас и мёртвые оживают как бы, словно в воздухе есть что-то такое, дающее им ещё один шанс на жизнь. — Он вынул из ножен мачете. — Поэтому, когда я умру, отрежьте мне голову, не хотелось бы стать одним из подданных в свите Короля.
6
Чем ниже спускались парни, тем гуще становился воздух. Стоячая вода заполнила всю станцию, передвигаться по щиколотку в воде и не намочить ноги, можно было лишь на перроне. Пути скрылись под тёмной жижей, от которой исходила вонь, то ли канализации, то ли разложения. Прыщ сказал, что разницы нет, и товарищи согласились, отпустив пару шуток на туалетную тему.
Брокер вынул карту, сверяясь с маршрутом. К сожалению, дверь, ведущая к проходу, тоже оказалась затоплена, и чтобы добраться до неё, нужно водолазное снаряжение. Мик от такого предложения Шелеста рассмеялся.
— Да я просто сказал, — ответил товарищ, объясняя, что мыслит вслух. — И вообще, если линия затоплена, дверь не откроем. Вода давит на неё. Тут надо бы попробовать по-другому. — Он задрал голову и посветил вверх.
— Что ищешь? — поинтересовался Прыщ, следя за лучом фонаря.
— Вентиляционную шахту.
— Мысль дельная, — согласился Брокер. Осветил другую часть галереи в поисках люка. Свет белым пятном скользил в темноте, вырывая останки прошлого — светильники в чёрной копоти, облупившуюся от сырости краску и ниши заполненные мраком и неизвестностью. Внезапно в одной что-то шевельнулось. Шелест дёрнулся и осторожно снова осветил проём в стене, где что-то притаилось.
— Что там? — поинтересовался Мик, увидев шевельнувшийся комок. Вытащил мачете и включил налобный фонарь. Его примеру последовали остальные друзья.
— Тварь или человек? — спросил Прыщ и сделал шаг к источнику движения. Комок сжался. Под серым тряпьём угадывались очертания человека. — Эй, если человек, то не тронем! — выкрикнул он. Комок шевельнулся снова. Чтобы добраться до него надо влезть в ледяную воду разделяющую перрон и стену.
— Да чтоб тебя. — Шелест выругался и кинул в сторону кучи тряпья камень. Детский крик разрезал тишину. Мужчина застыл, всматриваясь во мглу и маленькое пятно света, гуляющее по тому, что пряталось под горой ветоши. Оттуда показалась голова светловолосой девчонки лет восьми. — Эй, дурочка, — крикнул он, — мы не монстры, не обидим. Что ты там засела?!
Девочка вылезла из-под тряпок и, прижимая к груди рваное одеяло, замерла в нише. Росточком маленькая, щуплая, оно и понятно, что в это время дети не были пухлыми. Подбородок девчушки подрагивал, и в свете фонаря парни увидели на её грязных щеках дорожки из слёз.
— Ты чего там делаешь, малая? — громко спросил Мик. — Как залезла туда?!
Она смотрела на незваных гостей и ничего не говорила.
— Вроде на мертвячку непохожа, — подал голос Брокер. Окинул взглядом усыпанный мусором перрон, потом заметил плавающий в воде сбитый из фанеры щит. На нём, видимо, девочка и перебралась в укрытие. — Вон тащи эту доску сюда! — велел Прыщу. Тот, склонившись к тёмной воде, потянулся к сбитому из фанеры плоту. Он ещё не успел разбухнуть от влаги, скорее всего, девчонка спряталась, услышав шум приближающихся парней.
— Не бойся, малая, — снова сказал Шелест, — мы детей не обижаем, лезь туда и плыви к нам. У нас еда есть.
Девчушка нерешительно сделала шаг к краю выступа и смотрела на плывущую к ней доску. Потом замотала головой и зажмурилась.
— Блин, как-то же она залезла туда! — Брокер нетерпеливо следил за девочкой. Она не решалась влезть на щит, который подтолкнул к ней Прыщ. Топталась и поглядывала то на мутную воду, то на мужчин с фонарями, то на качающийся в темноте спасительный плот. Оборачивалась, глядя за спину.
— Что у неё там ещё? — нахмурился Брокер. — Давай, девочка, смелее.
Она снова обернулась и, сунув руки в тряпьё, вытащила щенка такого же маленького и безнадёжного, как сама в этом брошенном богом мире. Мужчины переглянулись. Микки тепло улыбнулся, Прыщ непонимающе пожал плечами, а Брокер, сжав губы отвернулся. Щенок дело хорошее, но не в тот момент, когда слишком часто приходилось уносить ноги и искать тихое место для укрытия.
Лишь Шелест оценивал ситуацию, понимая, что девочка собаку не бросит, а вместе с ней влезть на качающийся в воде щит опасно, можно и не устоять.
— Положи щенка, милая, — как можно дружелюбнее произнёс Шелест. — Давай сначала вытащим тебя, а потом собачку? — Девчонка замотала головой, прижимая собачку к груди. — Пойми, с ним ты можешь упасть в воду.
Прыщ кусал губы и даже вспотел, наблюдая за складывающейся ситуацией. Брокер вдруг вспомнил, как один из финансистов их компании влез на крышу и грозился броситься вниз. Так же его уговаривали полицейские, обещая то, что никогда никто не исполнит.