«Кричат громко, — размышлял Шелест, пот струился по вискам. — Видимо, нет тут никаких ходячих или мутантов раз смелые такие». Молился, чтобы друзья не выдали себя ничем, потому что Молот никого жалеть не станет.
— Долго прятаться не сможете, — тихо проговорил Варан. Опустился, крякнув на корточки, заглядывая под вагон.
«Так он точно увидит, что кто-то прячется, — промелькнула мысль у Прыща. Рюкзаки тянули вниз, и не заметить их мог только слепой.
Звук передёрнутого затвора заставил Монету сжаться пружиной. Их ещё не обнаружили, но уверенность, что укрытие будет раскрыто, пробивала путь к тревожно бьющемуся сердцу.
— Вылезайте, пока не отстрелил вам руки или ноги, — приказал Варан. — Вас четверо. Бритва, вызывай группу, у нас шпионы.
Прыщ первым не выдержал и, соскользнув вниз, вылез, щурясь от яркого свет фонаря, бившего ему в лицо.
— Не стоит ввязываться в драку. Мы же на одной стороне. — Он смотрел, как его ровесник по прозвищу Бритва потянулся к рации. — Я один…
— А четыре рюкзака, думаешь, я не увидел? — осклабился Варан.
Прыщ хотел придумать ещё что-нибудь, но его планы нарушила Монета. Грохнулась на шпалы и вскрикнула.
— Всё с вами ясно. Тащи девку сюда! — приказал Бритве. То подчинился приказу, а Монета не сопротивлялась, руки отказывались слушаться, потому что затекли, пока она держалась за тормозные колодки.
Шелест и Микки думали об одном и том же, не выдать себя и прийти товарищам на помощь. Поэтому по-тихому скинули рюкзаки, пока Варан и Бритва говорили с Монетой. Она нарочно шумно вела себя и даже заплакала, получилось почти по-настоящему. Тишина сейчас стала бы врагом для парней. Прыщу и девчонке удалось убедить бойцов со станции «Гостиный двор», что они пришли одни. Шелест выбрался на другую сторону от поезда, Мик, подхватив рюкзаки, положил их у стены. Обойти локомотив и наставить пушки на вояк не составит труда, хорошо, если те стояли бы спиной к выходу, откуда пришли незваные гости. Шелест знаком показал товарищу, что придётся обойти состав с задней стороны. Оставалось надеяться на то, что к этим двоим, не прибудет подмога, и они не услышат приближение врага.
«Дожили, — усмехнулся в мыслях Микки, — нас осталось так мало из многомиллионного города. Что делить? Припасы, лекарства лишь». Так и хотелось поморщиться и плюнуть в сторону. «Теперь главное, чтобы ребята не выдали взглядом наше приближение», — рассуждал Шелест, взяв на мушку одного из мужчин. Договорились, что у него под прицелом тот, что старше, а Мик, если что, завалит молодого.
— Мы просто обследовали тоннель, — продолжала настаивать на своём Монета. Прыщ кивал, сдерживая нарастающую злость. У него прямо горело внутри, и он знал, что с лёгкостью расправится с этими двумя, но что-то мешало произвести свой приговор в исполнение.
— Рассказывай, — закивал Бритва. — Слухи ползут быстрее ходячих.
— Какие слухи? — не унималась Монета, заметив движение за спиной.
— О спасительном поезде.
— Что же это за поезд? — Монета вставила руки в боки и усмехнулась.
— Ребята, мы ж были всегда на одной стороне. — Прыщ словно пытался пристыдить Варана и Бритву. — Не стоит сейчас искать виноватых. — Он видел приближающихся товарищей, но не подавал виду. — Этот поезд? Куда же он поедет?
— Не твоё дело, пацан, — грубо ответил ему Варан. Он так и не опустил винтовку, наставив дуло в грудь Прыщу. — Идёте с нами, Молот и решит, что с вами делать.
— Так точно, — злорадно ответил Бритва и закивал. Он хотел что-то ещё добавить, но не успел. Микки и Шелест напали внезапно на противников. Оглушили и, отбросив в сторону оружие, скрутили старшего. У Прыща в рюкзаке скотч, и пацан сразу сообразил, что с ним делать. Замотали липкой лентой руки и ноги Варану, а вот Бритве стянули руки перед собой и похлопав по щекам Шелест ждал пока тот придёт в себя.
Парень открыл глаза и непонимающе уставился на Мика, потом на остальных чужаков.
— Вы чего? — Его подбородок подрагивал и теперь этот пацан не казался таким смелым, каким хотел выглядеть сначала.
Мик прижал палец к губам, а Шелест проговорил тихим голосом:
— Хочешь жить, говори, что это за поезд.
— А мне откуда знать, я человек маленький, — промямлил Бритва. — Мы с Вараном охраняли…
— Ты ещё заплачь, — вставил Микки, прижав ко лбу пацана ствол «Макарова». — Чем умирать за зря, лучше говори. Этот поезд уходит на юг? На нём собирались уехать члены правительства?!
Брита не говоря ни слова, закивал:
— Только никому не открыть его.
— Почему это? — спросила Монета.
— Потому что ключа нет ни у кого. Молот велел искать родственников машиниста. Он то ласты склеил, а вот те у кого его ДНК способны открыть дверь кабин локомотива.
— А говорил не знаешь ничего и человек ты маленький, — усмехнулся Микки. — Может в расход его? — Нарочно спросил он, обращаясь к Шелесту. Бритва яростно замотал головой.
— Вы же обещали, я всё сказал.
Монета задумалась, что могла сейчас же запустить поезд, но никто из присутствующих не знал, куда и как вести его. «Папа знает, он же вместе с дедом раньше возился в вагонном депо», — рассуждала она.