Дойдя до края деревни, Кристина свернула на одну из второстепенных улиц. Нужный ей дом находился в стороне, метрах в четырехстах дальше по дороге, напрочь занесенной снегом, так что даже машины, заезжая сюда, рисковали завязнуть в сугробах. С правой стороны к улице примыкал редкий сосняк, сквозь который можно было разобрать стоявшие на другом его краю дома, а слева нетронутым белым покрывалом уходил вдаль сплошной снежный настил, скрывая под собой деревенский выгон для скота. Улица была пустой: на всем ее протяжении имелось от силы с полдюжины домов, в ограду одного из которых, самого крайнего, совсем обветшавшего, с кривым завалившимся забором, зашла Кристина.
В доме жила известная в определенных кругах N-ска ясновидящая бабка. Ее талант включал в себя такие способности, как определение душевного состояния человека, в том числе действующих на нем порч и приворотов с возможностью снятия последних, диагностика самых различных физических заболеваний, заговоры от болезней, а также предсказание ближайшего будущего в виде расплывчатых многозначительных формулировок.
Посещение ясновидящей бабки было одним из бесчисленных увлечений Кристины, которому она предавалась время от времени, в основном с целью выяснить свое будущее. Причем она нисколько не смущалась тем, что визиты эти зачастую сочетались в ее жизни с сеансами у личного психоаналитика или походами в церковь, так что она в одну неделю вполне могла побывать во всех этих местах, в каждом из которых черпала для себя важные мысли и впечатления. Сейчас же, находясь на перепутье после развода со вторым мужем, она рассчитывала на то, что предсказательница приоткроет ей завесу грядущего будущего, ведь все предыдущие ее пророчества непременно и очень скоро сбывались.
Кристина не пробыла в доме и полного часа, но когда вышла, обнаружила, что все вокруг было уже погружено во мрак. Солнце совсем скрылось за горизонтом, и последние преломленные лучи слабым заревом обозначали место его заката. На улице заметно похолодало: мороз начал неприятно пощипывать оголенные участки тела, вмиг разрумянив Кристине лицо. Потрепав за ухом Трезора — старого и смирного бабкиного цепного пса, она вышла за ограду. Дорога на всем протяжении была в сплошных потемках, и лишь вдалеке, почти на пересечении с главной улицей, у одного-единственного дома горел фонарь, который хозяйственный владелец вывел для освещения наружу.
Как всегда после визита к ясновидящей бабке, Кристину окутали ощущения присутствия поблизости чего-то загадочного, мистического, и сейчас на улице на отшибе деревни в вечерней темноте и тишине ей сделалось особенно неуютно. Она оглянулась по сторонам в бессознательном стремлении освоиться в окружающей обстановке и развеять таким образом вдруг охватившую ее тревогу, но мало что сумела разобрать. Вокруг были лишь неясные фигуры, темные пятна и тени на светлеющем снегу, в которых можно было увидеть все, что угодно, в зависимости от воли воображения, и вместо успокоения ей стало совсем не по себе.
Спрятав подмерзшие руки в карманы куртки, Кристина направилась в сторону главной улицы, то и дело поглядывая под ноги, чтобы не сойти с узкой тропинки в сугроб. С выгона начал задувать ветерок, принося с собой поднятый в воздух снег и тем еще более ухудшая видимость. Через минуту Кристина заметила впереди у края дороги что-то темное, высотою в человеческий рост. Она продолжила идти дальше, пытаясь на ходу определить, что бы это могло быть, но ясно разобрать ничего не удавалось. Неожиданно очертания силуэта зашевелились в верхней части, будто стоявший мотнул головой, — это определенно был кто-то живой. Внутреннее напряжение Кристины резко усилилось, нарастая теперь с каждым шагом, и источником его была неизвестность в виде странной непонятной фигуры на ее пути. Не отдавая уже отчета своим действиям, вся захваченная одной глубинной мыслью — попыткой понять, кто перед ней, чтобы только развеять охвативший ее страх, Кристина как завороженная шла вперед, ни на секунду не отрывая от силуэта опасливого взгляда. Когда же она оказалась совсем рядом, верхняя часть фигуры с шумом вспорхнула и, поднявшись в воздух, исчезла в темноте. Только сейчас разглядела Кристина, что это был угловой столб забора, на котором, видимо, сидел ворон. Испытав глубочайшее облегчение, она почувствовала, как тело и разум вмиг высвободились из охватившего их ступора, и тут же громко захохотала, бессознательно желая собственным смехом разрушить также и окружающую тишину, чтобы окончательно укрепить и ободрить саму себя. Вскоре Кристина смогла разглядеть дом, стоявший в полной темноте, без малейшего огонька внутри или снаружи. Дом выглядел жутко, и она, пройдя его, попыталась отвлечься мыслями об услышанном предсказании.
