Риэль судорожно вздыхает. Эддрик кивает, позволяя Риэлю удалиться с королем.
- Мои покои через одни от Ваших, - настойчиво шепчет король, - Вы составите мне компанию за вечерним чаем?
- Зачем Вы так поступаете? – Риэль, и правда, не понимает, почему король так жесток в своих играх.
- О чем ты? – удивляется Генрих.
- Сегодня у меня брачная ночь, - замечает маг, - я не смею покинуть супруга в такой момент.
- Но как же я? – спрашивает Генрих.
- Простите, - винится Риэль, - но теперь у меня есть еще и семья.
- А как же клятва? – сердится король.
- Клятва? – вздыхает маг. - Брачная клятва превыше других. Простите, мне стоит пойти к супругу.
Он возвращается к герцогу, ловя заботливый и вопросительный взгляд. Кивает ему, показав, что он в норме и они продолжают принимать поздравления.
Их брачная ночь состоит из мятного чая, разбавленного крепким вином. Они сидят на постели в обнимку. Риэль беззвучно плачет, а Эддрик ему не мешает.
Опомнившись, маг предлагает умыться и заняться делом.
- Мы не спешим, - качает головой Эддрик, - сегодня мы оба устали. Пусть наш первый раз будет красивым.
Они так и засыпают на застеленной постели, в праздничных одеждах, обнимая друг друга. На столике остывает недопитый чай. На щеках Риэля высыхают дорожки слез, а на губах появляется улыбка. Ему снится приятное и во сне он знает, что все будет хорошо.
Глава 7.
Кисиль бесится. Запершись, в своей комнате, подальше от болтливых слуг, швыряет вещи и беззвучно кричит.
Вик – полное дурачье! Поперся к этому мальчишке, мол, денег я тебе дал, чем тебе еще помочь, свет мой? А мальчишка ушки развесил, глазки распахнул и слушает всю красоту речей Виктора. Неловко вышло, чертовски неловко, что Вик узнал про деньги.
Теперь приятель дуется, делая вид, что с Кисилем совсем не знаком. Ну да, сумма была приличная, можно и губки подуть.
Тори приходит сам, рассказывает, что верит в Кисиля. И осознает, что если у него были бы эти деньги, то граф дал бы свои. И он все равно уже дал обещание поехать с ним. Доверчивость мальчишки Кисилю откровенно смешна. И если честно, ему абсолютно все равно, поедет тот или нет.
Тори ластится, как маленький котенок, заглядывает преданно в глаза. Тори бормочет о том, что прекрасно знает, что Кисиль его не любит. Ему ничего не нужно взамен, пусть только Кисиль позволит любить себя.
Граф Глиссер берет его грубо, не размениваясь на ласки и подготовку, вымещая на юном теле досаду. Нагибает над столом, выискивая удобную позу. Штаны приспущены, рубаха задрана. Тори рад уже тому, что граф не забыл предохраняться – нежданные дети расстроят в первую очередь самого Кисиля.
Кисиль двигается в нем, водя по возбужденному члену Тори рукой. Но сосредоточиться на наслаждении тот не может – в этой мешанине слишком много боли.
Все происходит быстро. Кисиль кончает, Тори – нет. Тори доволен тем, что смог Кисилю помочь выпустить пар и снять напряжение. Однако граф удивляет его, когда, не отдышавшись, спускается на колени и долго ласкает его ртом и руками, кипятя на пике оргазма. Только когда Тори начинает уже не просить, а умолять позволить ему кончить, Кисиль глубоко заглатывает его член и позволяет отдаться оргазму. Тори долго приходит в себя, в тумане оглядывая комнату. Его первый раз, конечно, должен был быть другим. И мальчик ищет утешение лишь в том, что произошло это с любимым человеком.
- Убирайся, - хрипло шипит граф, когда видит, что Тори очнулся.
Гости разъезжаются, оставив молодоженов наедине. Теперь оба герцоги Литерские опустошены и утомлены.
- Король велел явиться в столицу, как можно быстрее, - говорит герцог.
- Я не могу, - слабо качает головой Риэль.
- Ты сильный, ты справишься, - подбадривает Эддрик. - А вместе у нас выйдет и того проще.
Риэль усмехается – ему бы такую уверенность. Эддрик настолько легко принимает их отношения, их семью, что это выглядит пугающе.
- Иди сюда, - зовет герцог, похлопав по коленям.
Маг прикрывает глаза лишь на миг, но послушно идет. Садится бочком и замирает.
- Расслабься, - фыркает герцог, и помогает Риэлю почти что улечься на его коленях. – Расскажи мне о себе.
- Что рассказать? – недоуменно переспрашивает Риэль.
- Ты всегда такой отмороженный? – весело фыркает герцог, копируя тон мага.
- Я постараюсь иначе, - послушно кивает Риэль.
- Постой, - руки смыкаются на талии, - я не говорил, что тебе необходимо меняться. Скорее, спросил почему.
- Так проще не вляпаться в неприятности, - отвечает Риэль, чувствуя некоторую скованность.
- Где твои родители? – спрашивает Эддрик, а его руки начинают гулять по телу мага, избегая открытых участков кожи.
- Не знаю, - пожимает плечами Риэль, - я всегда был в храме, сколько помню себя.
- В храме? – переспрашивает Эддрик, одной рукой легко массажируя спину.
- Монастырь, - поправляется маг, - вы говорите монастырь.
- Тебя бросили родители? Или ты сын монахов? – правая рука герцога начинает свой путь от бедра к коленке.
