Отец изредка выезжал сюда, проверять обстановку. Но самому Эддрику вечно было не до того.
- Не думаю, - фыркает Кисиль.
Эддрика раздражает манера жениха вести себя, словно капризное дитя. Ведь он точно знает, что граф на деле далек от образа капризного ребенка.
- Дорогой супруг, - говорит маг, - Вы говорили, что посылали весточку о нашем приезде. Думаю, внутри не так страшно, как снаружи.
Риэль с превосходством смотрит на графа.
- Идем, оценим, - кивает Эддрик.
Изнутри здание выглядит, и правда, гораздо лучше. Но не настолько, чтобы сам Эддрик остался доволен тем, что приехал сюда и привез семью. Однако, для отъезда из столицы был повод. А везти свою новую семью в Залосе герцог не хотел. Даже при том, что уже жил там с Риэлем.
Кисиль деловито осматривает замок. Тори идет рядом с ним, отставая на один шаг.
Первый этаж, безусловно, для гостей. Второй мрачен и напоминает Кисилю комнаты наказания. В его детстве был такой неприятный момент: за проступки отец запирал его или братьев в особой комнате. Она была скупо обставленной и темной. В той комнате было, безусловно, мрачно, хотя и тепло. Нет их не морили голодом, ничего такого. Однако, воспоминания все равно остались неприятными.
- Ты будешь жить в моей комнате, - говорит он Тори, - и выполнять только мои приказы. Понятно? У нас с собой нет ничего такого, что может навести на сомнения, но все же я не желаю, чтоб оказалось так, что слуги шарили в моих вещах.
Тори послушно кивает.
- И найди удачное место, где можно встретиться с Виком.
Эддрика граф Глиссер находит в большой столовой.
- Ну как, Кисиль? Вы поменяли свое мнение о замке?
- Вряд ли, - качает тот головой, - где будет моя комната?
- Хозяева живут обычно на третьем этаже, - пожимает плечами герцог, - но если Вам приглянулась другая комната…
- Нет, я выберу себе что-нибудь на третьем этаже.
- Вот и отлично, - кивает Эддрик, радуясь покладистости жениха.
Риэля герцог находит в библиотеке. Тот задумчиво сидит в кресле.
- Ты выбрал себе комнату? – мягко спрашивает Эддрик.
- Еще нет, - качает головой маг.
- Почему ты грустишь? – спрашивает герцог.
- Ничуть, просто устал с дороги.
Кисиль входит как раз в этот момент. Окидывает супругов взглядами и легко опускается на колени перед креслом мага.
- Что бы Вы не задумали, у Вас есть на кого опереться, идя к цели, - говорит Кисиль.
- Я ничего не задумал. Некоторые вещи нельзя создать искусственно, - мягко говорит Риэль, прикрывая глаза.
- Вы не правы, - качает граф головой.
- На голой скале, обдуваемой ветрами, нельзя вырастить розу.
- У Вас есть магия, - отвечает Кисиль.
- Магия властна не над всем, - отмахивается маг и резко встает, - прошу меня извинить, я устал с дороги.
Когда он уходит, граф поднимается с колен и смотрит на Эддрика.
- Вы его любили?
- Кого?
- Первого мужа.
- Не лучший момент для воспоминаний, - отрезает герцог и уходит. Кисиль остается один.
- Значит, любили, - бормочет он.
Граф Глиссер выбирает себе небольшую комнату, обставленную достаточно аскетично: кресло, стол, кровать. Для Тори застилают большой топчан, поставленный у двери по приказу графа.
Спит Кисиль тяжело, часто просыпается. Ему снятся кошмары, и он несколько раз будит Тори своими стонами.
Утром Кисиль завтракает в библиотеке. Мелкими глотками пьет горячий чай и изучает родословную Габриэля Гаставьо, первого мужа герцога Литерского. Среди фотографий многочисленной родни Габриэля, изображенной на миниатюрных портретах, его взгляд привлекает некий виконт Литтл. Что-то в этой картинке не дает ему покоя, но он не может понять что именно. Некоторое время вглядываясь в мелкие детали, Кисиль сует листок в карман, решив подумать над этим позже.
Риэль еще не встал, а герцог позавтракал уже давно. Совместного приема пищи не выходит. Как можно налаживать отношения, если все прячутся по углам?
- Доброе утро, Риэль, - тихо произносит граф, опуская на прикроватный столик кружку кофе и блюдо с булочками.
Комната мага значително больше его собственной. Но тоже еще не обжитая и безликая. На этой кровати Риэль спал один. Значит, герцог приходит к нему не каждую ночь, если они вообще спят вместе. Никто ведь не оглашал Кисилю степень фиктивности их брака.
- Кисиль? – маг ерзает на кровати и, наконец, неохотно садится.
- Я принес завтрак, - кивает граф на столик.
- Спасибо.
- Как первая ночь на новом месте? – Кисиль садится в кресло напротив кровати.
- Неважно, - признается Риэль. – А ваша?
- Примерно также.
Глава 14.
Кисилю стоило многих трудов уговорить герцога вернуться обратно в столицу. И то, это ему удалось лишь спустя пару месяцев.
Он определенно считал, что взращивать дурное мнение о монархе в столице будет гораздо проще. Да и обстановка замка навевала на него жуть и тоску. Положение ничуть не спасала та ситуация, что Риэль затеял ремонт с целью освежить и осветлить жилье.
К королю Кисиль наведался на следующее же утро после приезда. Генрих был рад его видеть. И даже доказал это очень недвусмысленно, попытавшись затащить Кисиля в свои покои. Граф Глиссер отказал вежливо, но твердо, напомнив, что скоро станет супругом кузена короля.
