Риэль качает головой. Генрих поступает опрометчиво. Текущее положение достаточно удобно для многих семей. Многие политические союзы и производства подкрепляются как раз обязательными браками. А король хочет разрушить эту многовековую традицию. Все это может закончиться довольно плачевно. Люди не готовы к тому, что младшие сыновья смогут выбирать себе мужей, а, зачастую и становиться старшими супругами. Сложившийся менталитет не позволит народу принять это, что может пошатнуть веру людей в государство. Те, кто сейчас воспитываются как младшие мужья, будущие хозяева дома, вряд ли смогут управлять бюджетом семьи, поддерживая содержание поместья. Впрочем, вряд ли это все беды. Риэль был уверен, что найдутся и те, кто вообще крайне резко выскажется против решения монарха. И это будут представители знатных и древних родов, имеющие, несомненно, свой интерес, а также вес в обществе. Это те люди, от которых не избавишься так легко, отправив их в ссылку в глубинку. К их мнению принято прислушиваться. Их достаточно, чтоб королю было тяжело с ними бороться.
Эддрик целый день посвятил встрече с управляющим, который рассказывал ему о текущем положении дел. Доходы были достаточно высоки, а после выгодного брака с королевским магом имели тенденцию на увеличение – король четко выказал свое расположение к герцогу. Так что жаловаться Эддрику было не на что. Также он запланировал обговорить с управляющим и пожелание будущего мужа: Кисиль неустанно твердил о конюшне в Сапало.
- Необходимо посчитать траты на содержание и разведение, - покивал головой управляющий. - Я сделаю это к завтрашнему обеду. Правильно ли я понимаю, что закупать мы их не будем? Лишь содержать и продавать?
- Верно, граф Глиссер озвучил это именно так, предлагая продавать лошадей лишь на его родине.
- Почему же так?
- Он объяснил, что там, в Карумии, эти лошади стоят больших денег за одно только имя семьи Глиссер. А у нас нужно будет еще придавать вес этим скакунам. Давайте посчитаем пока так, как предлагает граф, Люсьен. А если дело окажется успешным, через пару лет попробуем организовать продажу и для наших потребителей.
- Почему бы тогда не привезти лошадей в Залосе? Там отличная конюшня.
- Не стоит. Они привлекут ненужное внимание. До Сапало точно никто не добирется, уж слишком далеко он расположен.
- Как прикажете, - управляющий вежливо склоняет голову.
- И да.. Люсьен?
Управляющий поднимает голову от бумаг.
- Не стоит их обозначать в доходах. Тех, что мы подаем на рассмотрение королевской коллегии.
- Вы совершенно правы, герцог, - хитро улыбается Люсьен. - Жаль, что я сам сразу не подумал об этом. Но о другом я поразмышлял. Возможно, благодаря графу Глиссеру мы сможем найти источники закупки пряностей по более выгодным ценам? Не думаю, что нам это удастся с шелками, мы получаем их и так по удобной цене, а вот пряности…
- Да, пожалуй, я поговорю с графом, когда выдастся удобный момент, - соглашается Эддрик.
Граф Глиссер приезжает в дом на улице Теней ближе к ужину. Он собирается остаться здесь на ночь. Королевские покои, безусловно, удобны. Но обустройство его личных покоев в этом доме тоже стоит начать, чтобы заранее приучить обитателей дома к его присутствию.
Он переодевается к ужину, даже успевает обмыться после дня, проведенного на жарком солнцепеке – его новые друзья никак не желали идти в прохладные комнаты дворца. А у Кисиля, от обилия цветочных запахов, изрядно разболелась голова. Он искренне не понимал, как обитатели дворца могут еще и наслаждаться этими ароматами.
Когда Кисиль спустился к ужину, Риэль уже сидел на диванчике в столовой.
- Вас мучает головная боль? – спросил маг, перебирая в руках какие-то листки.
- Немного. Я был во дворце, - пояснил граф, - там ужасно пахнут цветы.
- По-моему, скорее прекрасно, - хмыкнул маг.
Кисилю стоило немалых трудов разбираться в эмоциях и интонациях мага. Тот умело произносил все одним тоном напевно, растягивая слова, пользуясь, зачастую, фигурными оборотами речи.
- Не исключаю, но я не попал под очарование, - поморщился Кисиль.
- Возьми, - маг протягивает маленький флакон.
- Что это? – Кисиль берет и оглаживает узорное стекло.
- Отличное средство от головной боли.
Недоверчиво нахмурив брови, граф принюхивается и, поняв, что пахнет безобидно, отпивает.
- Надеюсь, у Вас не было замечательного плана отравить меня на почве ревности к Вашему супругу? – невесело шутит он, допивая остатки жидкости в флаконе.
- Ах! Вы разгадали мой коварный план, - отзывается Риэль и только по тому, какими словами это говорит маг, Кисиль понимает, что тот шутил в ответ.
Эддрик присоединяется через несколько минут. Кисиль к этому времени с удовольствием отмечает, что головная боль, и правда, отступила.
- Риэль, благодарю, - говорит он магу и получает в ответ тонкую полоску губ, которую с натяжкой можно именовать улыбкой.
- За что? – вступает в разговор герцог.
- Господин маг спас меня от ужасного приступа головной боли, - улыбается Кисиль.
- У Господина мага талант спасать семью от неурядиц, вроде этой, - отзывается Эддрик, вернув графу улыбку.
