- Вы искали меня с какой-то определенной целью? – Спросил он с усмешкой. – Ведь не просто, чтобы на меня посмотреть, хотя это, безусловно, мне льстит.
Я закашлялся, сделав слишком большой глоток, и Торрадо укоризненно взглянул на меня.
- Не надо так волноваться, юноша. Просто задайте свои вопросы. Или, если это так тяжело для вас – я не буду вас мучить и сразу отвечу, договорились? Не стесняйтесь, пейте.
Наблюдая за тем, как я расправился с бокалом, чувствуя какую-то странную жажду, он медленно начал свой рассказ:
- Мы с вашим отцом были близкими друзьями. Вместе приехали в Англию из Италии. К сожалению, я был вынужден в семьдесят девятом году покинуть страну, незадолго до вашего рождения. А когда вернулся через полтора года… Я уже не застал Эрардо в живых. А с вашей матерью мы никогда не ладили. Она ревновала мужа к его друзьям. Бессмысленно, конечно, но это было. Поэтому я больше не появлялся в вашем доме. Так что вот, молодой человек, вся моя небольшая история.
- А когда вы познакомились с отцом? – Наконец-то смог задать вопрос я, с трудом собираясь с мыслями. В голове была какая-то каша, словно я выпил не бокал, а пару бутылок вина, а взгляд Луиджи, казалось, проникал глубоко внутрь черепа, гипнотизируя и мешая думать.
- Мы были молоды, ветрены и беспечны. В семьдесят втором году ваш отец окончил Шармбатонскую академию магии… Да-да, он учился там. Удивлен, что вы не знали. Ардо говорил по-французски, как бог. Впрочем, по-английски не хуже, и уж тем более на родном итальянском. Красивый, успешный и любознательный юноша. Прямо как вы сейчас… Хотя нет, не такой красивый.
Я глупо улыбался, чувствуя, как длинные пальцы приподняли мою голову за подбородок, смущаясь от пристального взгляда синих глаз и не до конца осознавая смысл происходящего, как и только что прозвучавшей фразы.
- Значит, вы тоже работали в посольстве? – Решил я уточнить, но удивленное выражение лица Луиджи заставило меня напрячься, а головная боль усилилась, так что я даже сжал виски, стараясь унять пульсацию, но через секунду все прошло, как ни в чем не бывало.
- Я расскажу тебе, чем мы с твоим отцом занимались в Англии на самом деле. Но не здесь, слишком много ушей, - проговорил мой собеседник, наклонившись ко мне через стол. – Допивай.
========== 17. Принятое приглашение ==========
1. Онория
Чувствовала ли я, что что-то не так? Конечно, но в этой ситуации вообще все было не так. На что я рассчитывала, когда предлагала Северусу эти отношения? Не знаю, но он уехал, и все вернулось к тому, что было до Рождества. Разве что письма стали немного чаще. С одной стороны годы дружбы. С другой – неделя любви. Как я теперь должна была определять наши отношения? Я хотела за него замуж, а он не мог даже заглянуть на часок в выходной. Почти два месяца прошли, а он так ни разу и не приехал.
А потом я заболела этой лихорадкой… Слава Моргане, она не заразна – нужно долго контактировать с изделием из шкурки животного, чтобы заболеть. От кошелька я сразу избавилась, но лекарства не помогли. За три дня я из здоровой и энергичной женщины превратилась в живой труп – не было иного выхода, кроме как обратиться к Снейпу.
Стоило мне его увидеть, и я поняла, насколько скучала. Если бы я знала, что все будет так – заболела бы чем-нибудь добровольно. Только бы слышать полный заботы голос, видеть теплый, любящий взгляд. Он не отходил от меня ни на минуту, когда я не спала, а после того, как сварил необходимое зелье, вообще не оставлял меня одну. Просыпаясь ночью, я видела его фигуру в кресле. Согнувшись, опираясь щекой на кулак, Северус засыпал, когда усталость брала свое, и длинные волосы спадали на лицо, закрывая его от меня, не давая понять застывшее на нем выражение.
Однажды я попросила его полежать со мной рядом, и он уснул, держа меня за руку. Ни один мужчина за всю мою жизнь не был со мной в болезни – только в здравии и богатстве. Нет, Ардо я не хотела вспоминать, слишком больно это было, и так и останется, сколько бы лет ни прошло. Но впервые за долгое время я почувствовала, что снова хочу жить. Отчаянно, страстно, всем своим существом. Ради себя самой, а не ради сына. И причиной всему был он, человек, лежащий со мной рядом в наглухо застегнутой мантии, давящей на шею. Потянувшись к нему, я с трудом расстегнула несколько пуговиц, проводя кончиками пальцев по коже, и придвинулась ближе. Северус проснулся, сонно взглянул на меня, откинув со лба волосы, а потом обнял, снова укладываясь поудобнее, и остаток ночи я сладко спала у него на груди.
