- Сильно болит? – Спросил Драко, разглядывая мое предплечье, проводя пальцем по длинному неровному шраму, блестящему бордовой полоской рубцовой ткани. Я пожал плечами и, выбрав камень побольше, швырнул его в озеро, пуская круги по воде.
- Не всегда внешний вид дает правдивое представление о содержании, - поежившись, я посильнее запахнул мантию, поправив серо-зеленый форменный шарф. Малфой вообще выглядел ужасно продрогшим. Хоть он и говорил, что ему не холодно, но красные нос и уши отчетливо свидетельствовали об обратном.
- Ко мне подошел какой-то тип в Хогсмиде… Лично я по его внешнему виду сразу понял, кто он, и зачем я ему нужен. Яксли, так его фамилия. Знаешь его?
- Видел, - проговорился я, но вовремя спохватился и решил не уточнять, где именно и при каких обстоятельствах. Впрочем, Драко не обратил на мои слова внимания, поглощенный собственным рассказом:
- Толкнул речь про то, что я должен знать, кому мой отец верно служит, бла-бла и все дела, и должен гордиться, что мне выпала честь продолжить его дело. Если, конечно, я соглашусь. Создал мне иллюзию выбора и ненавязчиво так предложил подписать бумажку. Как оказалось, своей кровью. До сих пор чешется, но мой порез совсем не как твой, - закатав рукав, Малфой продемонстрировал тонкий бледный шрам, уже практически невидимый.
- Видимо, я очень старался подписывать, - хмыкнул я, представив, сколько крови вытекло из меня, раз на руке осталась такая большая рана. – Чтоб Темному Лорду понравилась картинка, - губы изогнулись в усмешке, но насупившийся друг ткнул меня в бок.
- Нашел над чем смеяться, Забини. Тебя принял вампир, причем, ходят слухи, один из самых древних ныне живущих. Если по твою душу пришли такие лица, значит ты интересен нашему Господину, - Драко подавился словом, но все же заставил себя его выговорить, привыкая слышать из своих уст подобное обращение и приучая язык и губы его произносить. – К Винсу приходил Эйвери, к Грегу и Панс – Кэрроу, брат и сестра соответственно. Говорят, к Теодору должен был заглянуть сам Долохов, но Нотт очень уж вовремя заболел…
Я сам только утром вышел из Больничного крыла и с трудом с непривычки отсидел на уроках, то и дело отвлекаясь, но преподаватели, видимо, сделали скидку на мою болезнь и не давали замечаний, позволяя работать в полсилы. Дождавшись окончания занятий, я рванул на улицу, чтобы впервые за две с лишним недели вдохнуть свежий прохладный воздух. Мокрая земля чавкала под ногами – ночью прошел дождь, не дававший мне уснуть, барабаня по окнам замка, а промозглый ветер забирался за воротник, обжигая ледяным дыханием шею, заставляя кожу покрываться мурашками.
- Блейз, ты боишься? – Вдруг спросил Драко, поворачиваясь ко мне и глядя широко раскрытыми глазами, словно ища во мне защиты и поддержки. Я убрал от его лица прядку светлых волос, которую весело трепал ветер, заправляя за ухо, а потом провел большим пальцем по гладко выбритой щеке.
- Боюсь, - кивнув, я улыбнулся другу, а он вдруг нашел мои пальцы своей холодной ладонью и крепко сжал. – Но вдвоем бояться не так страшно.
========== 18. Жестокий урок ==========
1. Северус
Вечер ничем бы не отличался от предыдущих, если бы не то, что я сегодня сделал. Неизвестно каким чудом мне удалось вырваться в Хогвартс, пусть и за полночь, но я смог сбросить с себя нелепую парадную мантию и расстегнуть давящий накрахмаленный воротник, устало опускаясь на диван. Скинув ботинки и стянув носки, я блаженно погрузил ноющие ступни в прохладный ворс ковра и откинул голову на спинку. Кожа просто горела от прикосновений и поцелуев, каждый из которых был получен обманом, пропитан моим предательством и очередной идеей самопожертвования. Но что я еще мог сделать для него? Другого выхода я не видел. Оставалось только лениво взмахнуть палочкой, призывая бутылку и стакан, и как всегда утопить мысли в огневиски, слишком светлом для его разочарованных глаз. Я уже представлял, каким будет этот взгляд, и мне заранее становилось нечем дышать. Мерлин свидетель, Блейз, я не хотел.
Впрочем, это случилось раньше, чем я рассчитывал – послышался стук в так опрометчиво не запертую мною дверь, а через секунду в нее заглянул чуть заметно улыбающийся мальчишка.
- Могу я войти, профессор? – Поглядывая на меня из-под полуопущенных ресниц, словно кокетливая девчонка, поинтересовался он и ввалился, не дожидаясь разрешения. Я напрягся, выпрямляя спину, и уставился на него, мгновенно оказавшегося рядом, на диване. Горячая рука по-хозяйски легла на поясницу и поползла вверх вдоль позвоночника, пока пальцы не зарылись в волосах, нежно массируя затылок.
Последний секс у нас был полтора месяца назад, - сразу же вспомнил я ночь на четырнадцатое февраля и засушенную в порыве нелепой сентиментальности в одной из книг ветку сирени, - последний поцелуй двадцать восьмого февраля, в субботу, во время квиддичного матча… А сегодня уже двадцать седьмое марта.
