- Честно, тогда мне этот план показался полным маразмом. Она несерьезно. У нее ничего не получится. Такое не укладывалось в голове. И все действительно вышло вовсе не так, как она планировала.
Стас сидит в полном шоке. Правда режет, наносит раны, которые никогда не заживут полностью. Но впереди у меня еще одно важное признание. Набираю воздух в легкие, и будто прыгаю с обрыва.
- Ты должен знать… это надо проверить. Но… скорее всего, Анютка, она твоя дочь…
- Я не ослышался? – придвигается ближе ко мне.
Руки дрожат, на висках капли пота, грудь вздымается, не шее вздулись вены.
- Понимаю… это звучит странно, учитывая, что мы с тобой никогда не… до той ночи в отеле, - краснею. Та ночь навсегда останется в моих воспоминаниях, как одно из самых счастливых событий в жизни. – И я не могу знать наверняка… Но если учитывать все приготовления, слова врача, Ульяны… то думаю, да, ты ее отец.
- Врача? – он переспрашивает, но смысл слов все еще не до конца доходит до его сознания. – А ты мать? Что эта дрянь намутила?
- Да, она моя доченька, - расплываюсь в счастливой улыбке. – Анютка помогла мне выжить, выстоять. Моя крошка дала мне силы.
А еще я знаю, что лучшего отца не сыскать на всем свете. Потому я и говорила, даже если ты в черной безысходности, и нет спасения дальше только погибель, судьба дарует подарок, который меняет все. И даже жуткий подвал уже не кажется адом.
- Рассказывай по порядку. Прости я пока в ауте. Заяц, моя дочь, - и в этот момент у него улыбка до ушей. И вот за этот момент можно многое отдать. Жаль, у меня нет камеры, чтобы заснять. Я бы пересматривала эти кадры каждый день. Когда все закончится и мне надо будет уйти.