– Вероника, питомец – это не игрушка, – присоединился и папа. – Нельзя заводить животное просто потому, что хочешь завести животное. Это серьезный и ответственный шаг, а тебе всего шесть и при этом ты учишься в университете. Ты будешь успевать о нем заботиться? Он не будет мешать твоей учебе? Ты не передумаешь его держать через луну-другую? Даже небольшой зверек, какая-нибудь крыса, проживет с тобой целые годы, а если ты заведешь карманного дракончика, то он станет твоим спутником навечно. Ему нельзя будет просто сказать: что-то мне надоело, давай расстанемся.
– Вероника, если хочешь, я уступлю тебе Каркушу, – нехотя предложила мама. – В конечном счете, она уже мертва и не пострадает от неумелого обращения…
– Не хочу, – отказалась Вероника.
– Но ты же сама ее подняла.
У Вероники задрожала нижняя губа. Она всегда старалась вести себя хорошо, не капризничать и не расстраивать окружающих, но сейчас ей захотелось заплакать, потому что мама с папой не понимают ее, юлят и читают нотации вместо того, чтобы постараться решить проблему и найти компромисс.
– А кота мне хотя бы можно? – буркнула она.
– Ну… если ты готова за ним ухаживать, – поддался папа.
– Коты беспроблемные хоз… питомцы, – сказал Снежок. – Но им нужно регулярно чистить лоток, менять воду и кормить.
– И это не должен быть кто-то из родни Совнара, – добавила мама.
– Мам, я еще не сошла с ума, – сердито ответила Вероника. – Я не собираюсь заводить бушука.
– Вот и молодец. Помочь тебе с поиском хорошего кота?
– Сама найду, – отвернулась Вероника.
Она мстительно подумала, что все-таки придется снова призывать Ксаурра и дружить с ним. Это единственный вариант, который устроит родителей.
Комацу Акихико начал рабочий день так же, как сотни рабочих дней до этого. Как и почти каждое утро, открыв глаза, он на мгновение усомнился – не приснилось ли попадание в другой мир? Правда ли он исекайнулся в страну волшебников или сейчас заскрипит будильник, и он окажется в своей крохотной квартирке?
Но потом он смотрел на часы без стрелок, слышал за окном семикратное уханье совы и понимал, что ничего не приснилось. Он в Мистерии… и ему скоро на работу.
Просыпался Комацу по-прежнему рано. На Земле вставал в пять утра, на Парифате – в седьмом полуночном часу. Он не сразу привык к местным суткам, первое время машинально пытался соотносить их с земными, но они плохо соотносились.
Еще труднее оказалось привыкнуть к местному календарю с его разбросанными как попало выходными. Бывает, что будни идут по десять-двенадцать подряд. Хорошо хоть, рабочий день на Парифате принят всего шестичасовой… или это только в Мистерии так, Комацу не выяснял.
А поскольку у них еще и час чуть короче земного, жить вполне можно.
В общем-то, жизнь Комацу изменилась не радикально. Поднявшись с постели, он точно так же почистил зубы и расчесал усы… хотя этого он дома не делал. Усы у него совершенно не росли, да если б даже и росли – их запрещено носить по санитарным нормам.
Но то в Японии, а не в Мистерии. Здесь повар может носить на лице что угодно. И Комацу однажды просто любопытства ради купил эликсир Усы-для-Красы, а потом так и оставил. Ему неожиданно понравился новый имидж.
Умывшись, он сделал легкую гимнастику. Радио тайсо в Мистерии нет, зато Фурукава-сан подарила волшебную шкатулку с музицей – маленьким музицирующим духом. По просьбе (а порой и без просьбы) владельца она исполняла мелодии, пела песенки и декламировала стихи.
Вот и сейчас давно выучившая распорядок дня Комацу музица возникла в облике хорошенькой девушки ростом в локоть и певучим голоском воскликнула:
– Встаньте на середину комнаты, Комацу-доно, и поставьте ноги на ширину плеч! Начинаем утреннюю зарядку!
Предстать музица могла в любом облике и говорить любым голосом. Комацу не знал, разумна ли она или это магический аналог Сири, но она понимала каждое слово, успешно поддерживала беседу и отзывалась на свое имя (Харуки). Комацу три минуты повторял за ней упражнения, потом стал готовить завтрак, а музица запела бравурную песенку, аккомпанируя себе на барабане тайко.
За два года Харуки многому научилась от Комацу и уже неплохо разбиралась в японской культуре.
Завтракал Комацу по-мистерийски – яичницей из двух яиц, жареным беконом и помидорами. Традиционной кухни ему хватало и на работе, дома он готовил местные блюда. Они, впрочем, мало отличались от европейских – белые люди Мистерии ели примерно то же, что и белые люди на Земле. Но всякой экзотики тоже хватало, и Комацу с интересом ее изучал.
