Он решил, раз уж карьера волшебника ему не светит, стать лучшим в том, в чем он хорош. В поварском искусстве. Достичь в нем запредельных высот, стать королем поваров… в стране под названием Нгелта даже есть такая должность, и это в буквальном смысле король. Его ежегодно переизбирают.
Вообще-то, менять королей каждый год – это немного неудобно, но им виднее. Комацу пока не очень много знал о культуре и географии стран за пределами Мистерии, хотя книги усердно штудировал и дважды путешествовал порталом, когда брал небольшие отпуска.
Позавтракав, шеф-повар лучшего и пока что единственного японского ресторана в этом мире сложил руки в коротком ритуальном жесте и возблагодарил бога Люгербеца. В свое время он довольно быстро выбрал себе бога-покровителя. Великий Люгербец не так хорош собой, как Лилейна, Солара, Канторилла и другие местные богини, зато он гарант блаженной сытости.
Молись ему – и котлеты никогда не пригорят.
Собираться на работу не требовалось. Комацу жил прямо над рестораном, так что каждое утро просто спускался на первый этаж. Надевал фартук и колпак, приглаживал усы и с чинным видом вступал в свое царство.
За окнами пропел жаворонок. Первый рассветный час. Ресторан еще закрыт для посетителей, но работа уже началась. Помощники-акасягуми проводят утреннюю уборку, закупают или приносят со склада продукты, делают заготовки. Будучи не людьми, а мелкими ёкаями, похожими на красноволосых детей домовичками, они выполняют такую работу легко и в удовольствие.
Кажется, Фурукава-сан им даже не платит.
Ко второму рассветному часу подошли маэстро Иси-ль-Обрехт и мэтресс Чиапарелли. Первый – из Нгелты, профессиональный повар с большим опытом, а вторая – волшебница, хотя и начинающая.
Комацу поклонился им, а они – ему. Иси-ль-Обрехт, как обычно, сделал это чуть снисходительно, словно исполнял некий варварский обычай. В первое время он вообще относился к Комацу свысока, и даже поругался с Фурукавой-сан, поскольку был уверен, что именно его пригласили на должность шефа. Его страшно разозлило, что придется подчиняться какому-то мальчишке, потому что главой японского ресторана, видите ли, должен быть этнический японец, знакомый с традиционной кухней.
Но со временем Иси-ль-Обрехт и Комацу прониклись уважением к мастерству друг друга. В первый день маэстро, как Комацу потом узнал, устроил ему что-то вроде испытания и собирался уволиться, если бы шеф его не прошел. Но он прошел с блеском, причем даже не заметил, что его испытывают.
С Чиапарелли было проще. Она, правда, тоже поначалу вела себя высокомерно, поскольку Комацу – магл, да еще и варвар из-за Кромки, а она волшебница, причем урожденная мистерийка (это считается здесь поводом для гордости). Но ей всего девятнадцать лет, она только в этом году получила диплом специалиста и умеет… не очень много.
У нее отлично получаются пирожные с мелкими волшебными эффектами, хотя не такие вкусные, как у маэстро Иси-ль-Обрехта. Еще она может буквально «выращивать» мясо, заставлять его увеличиваться в размерах, разрастаться, причем работает не только с сырым, но и с термически обработанным. Ну и несколько других трюков такого рода.
Маэстро Иси-ль-Обрехт косо смотрел на подобные приемчики. Нгелта считает волшебство в кулинарии читерством. Обманом гостя. У них там есть свой поварской кодекс, и он запрещает применять магию, если того же самого можно добиться без нее.
Испечь пирожок, восстанавливающий здоровье? Это можно. Заколдовать испорченный пирожок, чтобы он стал вкусным? Гореть тебе в печи для пиццы.
Комацу не знал, почему подумал о печи для пиццы. Возможно, дело в итальянских фамилиях коренных мистерийцев. Пиццу в заведении Фурукавы-сан не подавали, хозяйка сосредоточилась на традиционной японской кухне.
Платила Фурукава-сан хорошо, Комацу уже дважды получал прибавку, а сверхурочные шли по двойной ставке. Жилье хорошее и бесплатное, на еду тратиться не нужно. Правда, часто приходилось работать по праздникам, но было бы странным, закрывайся ресторан в дни, когда гостей особенно много.
Сегодня тоже праздник. Пигеридис, Ленивый День. По канонам местной религии сегодня нельзя работать – то есть совсем нельзя. Любой труд греховен, даже самый незначительный. Соответственно, рьяные в вере целые сутки ничего не делают, и даже пищу готовят накануне, чтобы не заниматься даже стряпней.
Но в Мистерии рьяных в вере немного. Большинство соблюдает каноны только ради традиций и только пока те не мешают жизни. Волшебники действительно в Пигеридис предпочитают ленивый отдых, но гостей в ресторанах только прибавляется, так что и работы у Комацу только прибавляется.
А он хорошо работал. Сразу зарекомендовал себя с лучшей стороны, так что его даже пытались сманить.
Рестораторы Валестры трудятся в суровых условиях. В стране волшебников подают самые невероятные яства, так что гости тут взыскательные, если не сказать избалованные. Обычную еду здесь просто творят из воздуха, а студенты Клеверного Ансамбля питаются в его столовых задаром, и на них рассчитывать не приходится.
