– Вполне серьезно, дорогая коллега, – кивнул Локателли. – Как еще мы должны поступить, если перед нами виновные в геноциде разумных существ? Общество не поймет, если мы оправдаем мэтра Дегатти только потому, что во всем остальном он прекрасный человек и наш всеобщий друг. Однако… есть еще кое-что. Как неоднократно было здесь замечено, это крайне противоречивая ситуация, и прецедентов раньше не было. Просто большинством голосов такие вещи решать нельзя, мне кажется.
– И что же ты предлагаешь? – брюзгливо спросил Хаштубал. – Монету подбросить? Или обратиться к богам?
– Можно и к богам, – закивал Локателли. – Можно и к богам, отчего же нет? Правда, они могут оказаться предвзяты, учитывая видовую принадлежность обеих мэтресс Дегатти. Так что я предлагаю обратиться за решением к кое-кому другому.
– Только не святой Машибухер, – аж скривился Хаштубал. – Я не хочу снова его видеть.
– Нет-нет, что вы, мэтр Хаштубал. Просто если бы один из нас был виновен в геноциде, скажем, гоблинов, я бы предложил передать его на суд гоблинов. А в данном случае… почему бы нам не спросить мнения самих астридианцев? Кажется, они так называются, я ничего не путаю?
Трибуны все еще шумели. Когда председатель Локателли предложил спросить самих астридианцев, поднялся такой гвалт, что стало не слышно собственных мыслей.
Астрид сама не заметила, в какой момент вскочила, хлопнула ладонями о стол и принялась вопить что-то бессвязное. Она то ли радовалась, что снова увидит своих астридианцев, то ли требовала не беспокоить их, потому что она их богиня и не позволит.
– Да будет тишина! – воскликнул Локателли, вволю насладившись поднявшимся тарарамом.
Зал окутало абсолютное беззвучие. Несколько секунд даже волшебники могли лишь разевать рот, словно рыбы. А когда чары рассеялись, все уже молчали и сами.
– Мне нравится это предложение, – первым высказался Ганцара. – Голосую за.
– Я тоже согласна, – присоединилась Кайкелона. – Но я вижу одно затруднение. В отличие от гоблинов, связаться с которыми не составляет проблемы, о существовании астридианцев большинство присутствующих недавно и не подозревало. Мы понятия не имеем, где их искать. Придется перенести суд на следующее заседание, коллеги.
– Не вижу никаких проблем, – сощурился Локателли. – Давайте их просто призовем. В конце концов, волшебники мы или нет? Да будет пирожок.
Пирожок возник восхитительный, с капустой и грибами, с поджаристой корочкой и нежным ароматом. При виде него все сразу вспомнили, что час поздний, пора бы уже и отужинать…
– Здесь и сейчас в стенах Гексагона… да будет чай… собралось тридцать семь лауреатов премии Бриара, – с улыбкой говорил председатель. – Тридцать семь, коллеги – и это при том, что почти каждый из нас и в одиночку способен на великие свершения.
– Почти?.. – приподняла бровь Кайкелона. – Кто-то не способен?..
– Ну кто-то не способен, раз некоторые сомневаются, что у нас все получится. Хотя я рассчитывал, что именно вы, мэтресс, поможете нам залучить сюда этих удивительных крошек.
– Это не так просто, – покачала головой Кайкелона. – Я никогда не встречала и ничего прежде не знала об этих астридианцах. Я не ведаю заклятия для их призыва, его вначале придется составить, а это сложно при таком дефиците информации. К тому же мы ведь не можем призывать всех астридианцев, сколько их есть – нам нужны конкретные их представители. Какие-нибудь их лидеры, дипломаты, законники, иные представители. Мне нужны имена и подробности. Я не могу призвать неизвестно кого… вернее, могу, только тогда и явится неизвестно кто.
Астрид и Лурия при этих словах пихнули Веронику в бока. Та от неожиданности ойкнула, и поскольку Кайкелона как раз замолчала, вскрик прозвучал неожиданно громко. Волшебники подняли головы, уставились на девочку в фиолетовой шляпе, и та втянула голову в плечи.
– О, кстати, – лукаво сказал Локателли. – Почему бы не дать дорогу молодым? Мэтресс Дегатти, может, вы нам продемонстрируете свое искусство? Ну как в тот раз.
– Не хочу, – сердито ответила Вероника.
– Отчего же? – удивился председатель ученого совета.
– Потому что вы папу с мамой хотите в Карцерику упрятать. Если я кого-то призову, а вы их упрячете, то я останусь сиротой, покачусь по наклонной и устрою Пятое Вторжение.
По трибунам прокатились смешки. Маленькая девочка сердилась ужасно забавно… правда, засмеялись не все.
– А еще у меня не получится, наверное, – неохотно сказала Вероника. – Я не знаю их сетки, и имен тоже не знаю, и вообще ничего. А если просто астридианцев призвать, то лучше не надо, а то либо никого не будет, либо все, либо вообще какая-нибудь ерунда.
Волшебники невольно задумались, сколько разумной плесени на них обрушится, если безумная штука Вероники и правда призовет всех астридианцев разом.
