Вероника читала до конца обеда, а потом дедушка Инкадатти повел их осматривать Клеверный Ансамбль. В основном, конечно, корпус Провокатониса, территорию Апеллиума, но и все остальное тоже. И шла экскурсия как-то хаотично, потому что Инкадатти сам не был тут уже лет сто и слегка подзабыл, что где, да и изменилось все довольно сильно.
– Зачем здесь эта статуя? – аж сморщился он, спустившись в один из холлов. – Кто это?.. Классар?.. А я его помню! Я его учил! Он был бездарь и тупица, ничего не умел и все время забывал ежедневник! А теперь фу-ты ну-ты, Бриар второй степени, статуя весь проход перегородила! Да за что ему Бриара-то дали? В Шиасс спускался и Хиард изучал? Тоже мне достижение! Что он еще сделал? Справочник сигнатур написал. Плохой. Читал я его. Половину стащил у Ваянелли, половину у Ябудага. Больше половины у Ябудага! Но Ябудагу-то мы не можем статую поставить, так давайте всяким бездарям!.. Тьфу!
Он все время так брюзжал. Хотя статуя Классара была вовсе даже небольшая, ничего не перегораживала и очень подходила к интерьеру. Но дедушка Инкадатти, кажется, просто не умел быть довольным.
– Очень все изменилось к худшему, – ворчал он не переставая. – Зачем вообще все университеты собрали в кучу? Было гораздо лучше, когда каждый стоял отдельно и давал более широкий профиль. Я вот учился в Скрибонизии, когда он был еще университетом и стоял на другом конце города. Закончил Либерекст, а потом еще Картасписс. Хорошие времена были. Рунные маги не были магами, которые знают только руны и больше ничего не могут. А теперь хочешь что-то еще – ходи на факультативы. Толку-то с этих факультативов? На кружки кройки и шитья с тем же успехом можно ходить.
Но поскольку его ворчание было направлено не на учеников, те слушали с интересом и даже восторгом. Перед ними предстало живое ископаемое, которое вылезло из дремучих времен и лично знавало многих славных волшебников.
О каждом из них старик отзывался плохо, но от этого было только интереснее.
Потаскав так всех пару часов, Инкадатти отвел первокурсников в библиотеку. Наконец-то Вероника дождалась этого момента. Она получит учебники. Как настоящий студент.
Ей выдали их одиннадцать штук. Аурочтение, история и философия магии, исчисление, каллиграфия, кромкохождение, маносборчество, метафизика, мироустройство, ПОСС, физмагия и художество.
ПОСС и кромкохождение Инкадатти у нее выхватил, показал всем и воскликнул:
– Вот эти для Апеллиума ключевые! ПОСС буду вам преподавать я. Кромкохождение… не помню, какая-то глупая пигалица. Я ее выдавлю из коллектива, и кромкохождение у вас будет вести Эр-Бернеред, я с ним уже договорился. Он опытный. И по Лимбо набегался… когда долгов набрал… и по мирам другим. Паломник, ага. Исследователь киров. Всем заливал, что работу научную ведет. А за самим хвост кредиторов… нет, не буду я его звать. Он вас плохому научит.
– Не, нормально! – загомонили гоблинята и троллята.
– А ну, цыц, – бросил Инкадатти. – Я вообще сегодня написал докладную с предложением исключить всех гоблинов. И троллей. Про троллей завтра напишу. Зачем вас магии учить? Только больше инструментов для преступной деятельности давать. Так что можете особо-то и не стараться, вы тут все равно ненадолго. Я до Локателли дойду. Шмаль варить вы и без алхимии сможете. Учебники все получили? Молодцы. Учебники не жрать, задницу ими не подтирать – они вам нужны, чтобы стать людьми.
– Мы не сможем! – мяукнула девочка-фелинка.
– Вы просто плохо стараетесь.
Когда все шли обратно к общежитию, ребята улыбались и даже смеялись. Все решили, что профессор Инкадатти так шутит, что это у него такой черный юмор. Даже гоблины и тролли смеялись, потому что такие шутки как раз в их духе. Группа радовалась, что у них такой веселый классрук.
И одна Вероника шла напряженная, потому что знала, что дедушка не шутил. Что он и правда отправил предложение исключить из КА всех гоблинов. А завтра и про троллей отправит.
Ну так, между делом. Он опытный кляузник, работать ему это не помешает.
Конечно, никто никого не исключит. Но все равно как-то неуютно.
