С Астрид они потом распознавали слово вызова вместе, и в конце концов оно отозвалось, откликнулось. Но Астрид держит свое в секрете, его знают только родители. Даже Вероника узнала только позавчера.
И правильно. Лахджа очень жалела, что выпустила свое, что оно попало в Книги Тайных Имен. Это немного напрягает – знать, что тебя в любой момент могут… дернуть.
– Понимаешь, ежевичка, я не хочу быть фольклорным персонажем, которого призывают все, кому не лень, а я потом выслушиваю их желания и пытаюсь обжулить, – объяснила Лахджа. – Это несколько нездоровые отношения с окружающим миром, и мне это не нужно.
Вероника слушала и ела торт. Он был невероятно вкусный – со сметанным кремом, взбитыми сливками и свежими вишнями.
Да-а-а, стоило того, чтобы призвать маму.
– Так вот, значит, где учатся будущие халявщики-рабовладельцы, – тем временем осматривала комнату мама. – Ну ничего, неплохо. Но все равно – не призывай меня слишком часто. Я тоже тебя люблю, ежевичка, но ты сама хотела пораньше поступить в университет.
– Знаю, – шмыгнула носом Вероника. – Я… мам, а что ты будешь делать, когда мы все вырастем, даже Лурия?
– Не знаю, – пожала плечами мама. – Найду себе хобби какое-нибудь. Или рожу еще пару спиногрызов… я привязана к твоему папе, ежевичка. Не все из того, чем я хотела бы заниматься, мне будет разрешено.
– Папа тебе что-то не разрешает? – заволновалась Вероника.
– Он не разрешил бы, если бы я спросила, – честно ответила дочери Лахджа. – И я не спрашиваю. Я не страдаю, просто мне… бывает тесновато.
– Понятно, – только и сказала Вероника, беря еще кусок торта.
Он был огромным, и Вероника уже предвкушала долгие часы наедине с ним. Но тут открылась дверь, и вошли соседки по спальне, а с ними еще три девочки – Дайяна, Сметана и Латойя.
– Ой, мир вам, – немного испугалась Даниша. – А вы кто?
– Мама моя, – ответила Вероника, тщетно пытаясь заслонить собой торт.
– Привет, девочки. – приветливо сказала мама. – Угощайтесь.
И она предательски выхватила торт у дочери. Ооо! Сразу шесть жадных тортоедок почему-то не стали вежливо отказываться, а набросились со всех сторон.
Вероника решила взять дело в свои руки и лично нарезала торт ножом, который очень удачно оказался под рукой. Она справедливо все поделила – Бумбиде самый большой кусок, потому что она самая большая, а Свертхи – самый маленький.
– Это немного обидно, – сказала гномка, рассматривая свой кусочек.
– Ну отдай мне, – добродушно предложила Бумбида. Ее кусок тоже показался ей маленьким, хотя он был вчетверо больше, чем у Свертхи.
– Неф уф, – отрезала гномка.
Лахджа умиленно смотрела на детей. Все такие разные. Пусть кушают и радуются жизни.
Они тоже на нее смотрели. Разглядывали… да просто откровенно пялились. Особенно чернокожая девочка и маленькая гоблинша. Вот огриху больше интересовал тортик, она явно надеялась получить добавку.
– Бери-бери, детка, я не буду, – сжалилась Лахджа. – Я не люблю сладкое.
Вероника не поняла, зачем мама врет. Иногда мама делает это просто так, безо всякой причины.
– Я думала, что ты человек, – задумчиво произнесла Даниша. – Просто немного… странный. От магии, может, или раса редкая. А ты… ты кто?
– Я человек, – сердито ответила Вероника. – Наполовину.
– А на другую половину кто?
– Эльф, – решила тоже без всякой причины соврать Вероника.
– Неправда, твоя мама не эльф, – сказала Дайяна, глядя на Лахджу. – Даже не тир-док. И не тир-браа. Эльфы не бывают крылатыми… к сожалению.
– Извините, нам просто интересно, – добавила Даниша, тоже глядя на Лахджу.
– Уговорили, я на самом деле наполовину гном, – не сдавалась Вероника.
Свертхи аж поперхнулась, а Лахджа вздохнула и сказала:
– Я демон, девочки. Это не секрет. Вы, наверное, не из Мистерии?.. иначе могли бы знать, мой муж – ректор Униониса.
– А-а-а… – протянули девчонки хором.
Всем стало интересно, а Латойя перестала есть торт, потому что он может быть отравлен. Но потом подумала и продолжила, потому что жена ректора и мама одногруппницы вряд ли станет кого-то травить просто так.
– Это все объясняет, – произнесла Даниша.
– Что объясняет? – не поняла Вероника.
– То, что тебе шесть лет.
– И чё?! Всем бывает по шесть лет!
– Нет, что ты поступила в шесть лет. Понятно, раз ты полудемон.
– Я еще вовсе и не обязательно полудемон, – продолжала упираться Вероника. – Может, мама мне и не мама, а меня подкинули вовсе даже.
– Мамки родной стыдишься? – укорила ее Лахджа. – Не слушайте ее, девочки. Вас как зовут всех, кстати? Которые из вас живут с моей дочерью? Учиться нравится?
– Да ничего… нормально… – раздались нестройные голоса.
Разговор сразу стал неловким, как бывает всегда, когда взрослые пытаются набиваться детям в друзья. Лахджа осклабилась, наслаждаясь смущением Вероники. Та уже пожалела, что призвала маму… нет, торт вкусный, но как же все стало неловко…
К счастью, мама надолго не задержалась. Она решила, что дочь усвоила урок, велела зеркалить каждый вечер и пошла, раз уж ее призвали в КА, знакомиться с классруком Вероники. Интересно, кому досталось такое сокровище, кто там будет отвечать за судьбу ее малышки следующие пять лет…
