Ынчжу не услышала ответа. Каждый раз, когда речь заходила о его отце, он умолкал. Это был один из его секретов, которым он ни за что не хотел делиться. О Воротиле она узнала, когда Совону исполнилось четыре года. Однажды она нашла в одежде Хёнсу пакетик с лекарством, выписанным неврологом. Он ходил к нему уже несколько лет втайне от неё. Врач сказал, что причина этой проблемы – стресс из-за отсутствия успехов в бейсболе. Именно психологическое давление вызвало эту болезнь.
Конечно, она нашла ответы не на все вопросы, но в одном была уверена: это и есть причина, по которой он до сих пор не достиг вершин в спорте, а остался лишь «перспективным спортсменом». Причина, по которой он не мог стать постоянным игроком Главной лиги. Именно стресс, связанный с плохими результатами в бейсбольных матчах, вызывал паралич левой руки, а из-за этого Хёнсу портил игру и опять вгонял себя в стресс. Она поняла, что покладистый характер – это всего лишь другое название слабости.
По мнению Ынчжу, жалобы на стресс были оправданием трусости. У всех людей бывает стресс. Но надо бороться с тем, что угрожает твоей способности выживать, надо одержать над этим победу. Как минимум хотя бы это презирать. Именно так жила она. А Хёнсу вместо того чтобы научиться жить, заработал себе Воротилу. Подтверждением её правоты был тот факт, что, как только он бросил бейсбол, Воротила исчез.
После его ухода из бейсбола она поняла, что у мужа врождённая застенчивость. Он ни разу не смог занять и десяти тысяч вон. Знакомых у него тоже особенно не было, поэтому он не смог устроиться даже тренером по бейсболу в школу. Имея диплом престижного университета, он только через полгода нашёл место в охранном предприятии. Как только он устроился на работу, сразу же начал пить и курить. Конечно, можно было понять и пожалеть его. В тридцать один год он оказался выброшенным из бейсбола, который был делом всей его жизни и его будущим. Понятно, что он был в отчаянии. Однако всё равно нельзя простить его неприспособленность к жизни и пагубное пристрастие к выпивке. В действительности он сам виноват в своих неудачах. Прояви он хоть немного упорства, и ему удалось бы выправить ситуацию и взять реванш. Он – глава семьи и кормилец. Нельзя же садиться за руль пьяным и возвращаться домой в невменяемом состоянии, громко барабаня в дверь. Не должно быть и звонков из полицейского участка с предложением к Ынчжу забрать своего пьяного мужа.
Наконец, она призналась себе в том, что её самая большая ошибка в жизни – это брак с Чхве Хёнсу. Когда она смирилась с этим, ей стало легче переживать разочарование в муже и переносить все жизненные тяготы. Вместо того чтобы без конца жаловаться на него и на жизнь, она решила всё взять в свои руки. Она стала несгибаемым борцом. Всегда знала, в каком направлении двигаться и что делать. Она никогда не забывала о своей тайной мечте, которую лелеяла в детстве.
Но… Но именно сейчас этот сумасшедший пьяница гадит на дорогу, которую она с таким трудом выкладывала по камешку и обсаживала цветами. На дорогу её успеха. Кроме того, он ударил её, погрузился в беспробудное пьянство, а сейчас заявил, чтобы она уходила. Ынчжу смотрела на документы для развода, которые держала в руке. Теперь они казались ей не козырем, а пустыми бумажками. Как ей поступить, чтобы отомстить? Что сделать, чтобы этот придурок пришёл в себя?
Раздался звонок в дверь. Она очнулась от своих мыслей и вышла в гостиную. Там она увидела жуткую картину. На газовой плите горел рис, а суп лился через край. На обеденном столе лежал её телефон и звонил. И в дверь кто-то звонил тоже. Она сразу начала действовать. Быстро выключила плиту и подошла к телефону. Это была Ёнчжу.
«Это я».
«Знаю», – сказав это, Ынчжу пошла к двери. Даже не спросив, кто там, она её открыла. Там стояли двое мужчин. Одному было примерно сорок пять, а другому столько же, сколько Сынхвану.
«Извините за беспокойство».
Молодой показал ей удостоверение полицейского. Ынчжу отвела ухо от телефона.
«Мы пришли задать вам несколько вопросов».
Без пяти девять, утро субботы.
Сынхван и начальник безопасности стояли на лестнице перед домом. Они направлялись на работу, но, увидев несколько машин, которые подъезжали к дому, остановились. Впереди ехал белый «БМВ» с чёрной лентой на капоте. На переднем сиденье рядом с водителем сидел Ёнчжэ, держа перед собой портрет Серён с чёрными ленточками. За ним ехали кадиллак с гробом, большой фургон, микроавтобус телекомпании и ещё несколько автомобилей.
«У вас есть зажигалка?» – спросил начальник, держа сигарету в зубах и шаря по карманам. Сынхван достал зажигалку и щёлкнул. Огонёк колебался от ветра. Начальник перевязанной бинтом рукой прикрыл его и прикурил. Лицо его было таким же грустным, как у людей из похоронной процессии. Под глазами были синяки.
«А что, на рассвете был дождь?»
Начальник смотрел на туман, поднимавшийся над влажной дорогой.
«Да, был сильный дождь. Вы не слышали?»
«Ну, я был пьян и крепко спал… Пойдём».
