— Мы же его простим, да, мам? — обеспокоенно спросил старший братец. — Мистер Алтон не хотел ничего плохого, так ведь?
— Ваше стремление защищать честь мисс Солярис похвально, но, прошу, больше никаких драк, — женщина постаралась придать голосу строгости, но она скорее просила, чем приказывала. — Договорились?
— Договорились, — Энви вызывающе посмотрел ей в глаза. — Полагаю, этажом выше сидят люди большего ума, чем эта пьяная свинья.
Она едва заметно поморщилась на последнем слове.
— И, Селим, дорогой, не убегай так больше. Хорошо?
Прайд тряхнул тёмными кудрями в знак согласия и повёл Энви дальше, к резной двери. Мелкие завитушки покрывали древесину запутанной рябью, которую венчал золочёный герб Аместриса под самой вывеской. Вместо нормальных ручек тоже был дракон. Энви с усмешкой провёл по нему ладонью. Местные верили, что изображение символа Аместриса не только подчеркнёт официальный статус заведения, но и отгонит беды. Каким образом кусок металла мог уберечь человека от его же глупостей, они предпочитали не думать.
Прайд тащил его к лестнице, изредка оглядываясь на мать с Ласт, которая развлекала жену Расса разговором о шляпках. Он так отвлёкся, что запнулся на лестнице и чуть не утянул Энви следом.
Мадам Брэдли тут же бросилась к ним.
— Мне не больно, — выпалил Прайд, с улыбкой глядя в перепуганное лицо женщины.
Энви скосил глаза на кровоподтёк на коленке. Синее пятно стремительно рассасывалось. Пусть регенерация человеческого сосуда не обладала зрелищностью, она была нечеловечески быстрой, как и положено у гомункулов.
Хоть Прайд и уверял мать, что не ушибся, она сопровождала их до самого верха лестницы, а потом и до мраморного столика у окна. Только когда Прайд прыгнул на сиденье, она вздохнула с облегчением.
Хорошо ей, не знающей, что истинная сущность Прайда способна без труда разрушить дом до фундамента и удушить из тени целый отряд, не подняв переполоха. Для неё он оставался безобидным Селимом. Она спрашивала, не болит ли у него коленка, гладила по голове и с тревогой поглядывала на Энви, который сидел между ней и Прайдом. Как будто это его вина, что старший братец захотел усесться у окна, заперев его между собой и матерью!
К ним подлетел улыбчивый официант. Подобострастно склонившись перед первой леди Аместриса и её сыном, он записывал заказ в блокнот и кивал. Уточнив, что пока это всё, официант упорхнул на кухню, оставив после себя запах древесно-мандаринового парфюма.
Ожидая заказ, Энви разглядывал помещение. На втором этаже было куда тише и темнее, чем на первом, словно они сидели в будуаре знатной хозяйки. Из полумрака выплывали белые соцветия столов. Они стояли группами, по два-три рядом, и только их стол расположили в отдалении от остальных.
Женщины продолжили разговор про новую моду. Прайд внешне скучал и отбивал по столу один и тот же ритм. Телохранитель стоял неподалёку, подпирая стенку.
«У Глаттони проблемы, — передавала морзянка. — Ишварит попался не по зубам».
Энви уставился на брата, вскинув брови. Какие ещё проблемы могли возникнуть у здоровяка, способного перемолоть камень в труху?
«У него несварение?» — отбил Энви пальцами по столешнице.
Прайд нахмурился. Он простучал первые слова ответа, когда к ним подлетел тот же официант, уже с подносом. На лаковой посудине белели блюдца с пирожными и пенились коктейли.
Тут же просветлев лицом, Прайд обратился к официанту:
— Спасибо! А можно, я вас угощу?
Официант растерянно глянул на мадам Брэдли. Наверняка он бы больше обрадовался чаевым, чем такому угощению, но верный образу Прайд не обращал внимания на такие мелочи. Порывшись в карманах, он достал шоколадную монету и вручил официанту.
Юноша принял монету с низким поклоном и тысячей благодарностей, но в его глазах мелькнуло разочарование. Пожелав им приятного времяпровождения, официант умчался к другому столику, где сидела пара в расшитых золотом костюмах и девчонка в пышном платье цвета лотоса.
Прайд придвинул к себе двухэтажное пирожное. Нетерпеливо облизнувшись, отделил узким ножичком небольшой кусок и отправил в рот, постукивая ногой в притворной задумчивости.
«Глаттони его и цапнуть не успел. Ишварит убил его несколько раз и сбежал. След ведёт на север».
Энви подвинул к себе блюдце с шоколадно-кремовой шкатулкой и отломил часть крышки. С минуту он молчал, хрустя шоколадом. Чтобы доставить проблемы вечному обжоре, надо самому быть не совсем человеком. Но кем бы ишварит ни был, химерой или просто тренированным бойцом, у Прайда не должно было возникнуть с ними трудностей.
«Почему сам не разберёшься?» — оттарабанил Энви, разбирая содержимое съедобной шкатулки.
Прайд притянул к себе молочный коктейль.
«Потому что у меня свои задачи».
Энви так яростно потянул свой коктейль через трубочку, что на него обернулась девчонка в пышном платье. Вот же зараза!
«Я занят Мустангом и Элриками».
