Дверца полицейской машины открылась, из нее вышел долговязый парень в форме. Позевывая, он подошел к нашей машине, отдал честь и проговорил:
– Старший сержант Яблочкин.
Я выглянула из машины и жалобно проговорила:
– Здрасте! Мы что-то нарушили?
– У вас левый подфарник не горит.
Он подошел ближе, заглянул в машину.
Меня затошнило от страха, но я постаралась взять себя в руки и проговорила беззаботным тоном:
– Да что вы? Только что горел… понимаете, машина не моя…
– Не ваша? – Он поднял брови.
– Да, машина сестры… то есть ее мужа… а он перебрал и отрубился. Пришлось мне сесть за руль, поэтому я так нервничаю… я вообще недавно за рулем, а тут еще чужая машина…
Полицейский снова заглянул в салон.
Я проследила за его взглядом – он смотрел на Арсения.
Тот сидел, откинув голову и немного приоткрыв рот. Василиса приткнулась рядом с грустным видом.
– Да, товарищ хорошо повеселился! – проговорил полицейский то ли сочувственно, то ли с завистью. – Ладно, поезжайте и не волнуйтесь – ночью ехать легче. Счастливого пути.
Он снова отдал честь и неспешной, развинченной походкой вернулся к своей машине.
Я перевела дыхание, вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и включила зажигание.
Машина дернулась и заглохла.
Так… только этого не хватало…
– С ручника сними, – тихо проговорила Василиса.
Я покосилась на ручной тормоз…
И правда, машина стояла на ручнике.
Я передвинула ручку, снова включила зажигание и поехала – сперва тихонько, потом быстрее и наконец свернула за угол.
– Пронесло… – проговорила я вполголоса.
– Ага, меня и правда чуть не пронесло! – отозвалась Василиса. – Ну или чуть не описалась! Когда он заглянул в машину, думала, все, конец нам…
Тут с заднего сиденья донесся глухой удар.
Я испуганно оглянулась – и ничего не увидела.
На заднем сиденье не было Арсения.
– Куда он делся? – вскрикнула я и снова затормозила.
Как только машина остановилась, я перегнулась через спинку сиденья и заглянула назад.
Арсений свалился с сиденья и лежал на полу.
– Хорошо, что это случилось не при полицейском! А ты куда смотрела?
Я выбралась из машины и снова усадила нашего беспокойного пассажира. Василиса помогала мне дрожащими руками, на лице у нее было написано отвращение.
Пристроив Арсения поудобнее, я снова села за руль.
Скоро городские дома кончились, мы миновали промзону, какие-то унылые бетонные корпуса, мимо потянулись коттеджи и скромные деревенские домики.
Наконец и они остались позади.
Вдоль шоссе тянулся лиственный лес.
Я увидела уходящую вправо грунтовку и свернула на нее.
К счастью, уже рассвело, и я, по крайней мере, могла видеть дорожную колею.
Дорога была разбитая, машина то и дело подпрыгивала на многочисленных ухабах.
– Поезжай потише, подвеску испортишь, загробишь машину! – проговорила Василиса.
– Ага, на такой дороге ее надолго не хватит! – подхватила я. Но мой сарказм пропал зря – Василиса его просто не заметила.
Зато Арсений от такой езды снова свалился с сиденья. Василисе надоело его удерживать, тут я ее понимала.
Но на этот раз мы не стали останавливаться – кому сейчас до этого есть дело…
Дорога сделала несколько поворотов, и наконец впереди показалось темное лесное озерко.
– Утопим его здесь! – проговорила я решительно. – Дольше плутать по ночному лесу я не в состоянии. Еще застрянем, что тогда делать? Кто нас будет вытаскивать?
Василиса не стала спорить. Она вообще скукожилась в углу, чтобы как можно дальше быть от трупа, глаза ее казались черными от расширенных зрачков. Будь такое раньше, я бы забеспокоилась, потому что вид ее мне не нравился. Этак ее лунатизм вернется. Но сейчас я жутко злилась на то, что сестрица втянула меня в эту историю, поэтому решила не обращать внимания.
Я остановила машину на берегу озера и так грозно посмотрела на сестру, что она не посмела ничего сказать. Мы вытащили Арсения, доволокли его до самого берега и остановились перевести дыхание. К счастью, берег в этом месте резко обрывался, а не уходил под воду постепенно.
Кроме того, вода в озере была не прозрачная, а темно-коричневая, торфяная. Это тоже было нам на руку.
– Нужны камни, – проговорила вдруг Василиса.
– Камни? Какие камни? Зачем?
– Напихать камней ему в карманы, чтобы не всплыл. Я в одном фильме видела.
Мы походили вокруг и нашли несколько подходящих увесистых булыжников.
Кое-как затолкали их в карманы Арсения, причем машинально я отметила, что карманы были пусты, затем подкатили труп к обрыву и столкнули вниз.
Труп гулко булькнул и ушел под воду.
На поверхности воды появилось несколько пузырьков, наконец все затихло.
И тут я почувствовала, что на меня кто-то смотрит.
Знаете это неприятное ощущение, когда кто-то пристально смотрит тебе в спину?
Я похолодела.
Неужели нам так страшно не повезло?
Неужели кто-то видел, как мы утопили труп в озере?
Не может быть!
Ведь сейчас ночь!
Ну, уже рассвело, но все равно, никакие грибники не идут в лес в такую рань!
Я медленно обернулась, причем получилось это у меня не с первого раза, от страха все члены задеревенели.
