Я вгляделась в фотографию, но она была слишком мелкая, невозможно разглядеть детали.
Но ведь ее можно увеличить…
Я увеличила снимок, раздвинув экран пальцами.
И увидела то, что выпало из машины…
Это были пачки денег!
Надо же! Этот внедорожник перевозит деньги! Выходит, это инкассаторы или что-то в этом роде…
Теперь мне было очень интересно, и я перешла к следующим фотографиям.
Арсению, должно быть, тоже стало интересно, и он сделал несколько фотографий на максимальном увеличении, наведя фокус на выпавшие деньги.
Я еще больше увеличила эти снимки и теперь отлично рассмотрела пачки.
Теперь я видела их очень отчетливо, в мельчайших деталях, и меня кое-что удивило.
Обычно инкассаторы перевозят новые деньги. Ну или почти новые. А тут деньги в пачках (те, что мне удалось разглядеть) были совсем не новые, здорово потрепанные, потертые, некоторые даже порванные, местами прожженные.
Странно…
Арсений сделал десять или пятнадцать снимков выпавших денег, а потом снова перешел на крупный план.
Дело в том, что во дворе к этому моменту кое-что изменилось – из двухэтажного дома выбежал человек, он направился в сторону внедорожника, размахивая руками.
Ну да, он заметил, что дверца открылась и выпали деньги, и захотел навести порядок.
Арсений явно им заинтересовался и сделал несколько снимков. Я рассмотрела этого человека – средних лет, рослый, подтянутый, в сером пиджаке… лица не видно, потому что съемка ведется сверху, с седьмого этажа, так что виден только коротко стриженный седоватый затылок и макушка с намечающейся плешью.
Вот он подбежал к внедорожнику… вот из кабины черной машины выскочил еще один человек – в черной униформе.
Наверное, это инкассатор. Он услышал крики или увидел в зеркале заднего вида подбегающего человека.
Тот на него явно накричал, инкассатор поспешно подобрал выпавшие из машины деньги, положил их на место, закрыл заднюю дверцу внедорожника…
Затем инкассатор вернулся в свою машину, и внедорожник въехал в фуру.
И тут человек в сером пиджаке оглянулся.
Видимо, каким-то шестым чувством он ощутил, что за ним следят, и поднял взгляд…
Мне показалось, что он посмотрел прямо на меня, прямо в мои глаза, так что я невольно отшатнулась.
В следующее мгновение осознала, что это – всего лишь фотография, что я нахожусь у себя дома, в безопасности…
Ну, в относительной безопасности.
Я снова наклонилась к телефону и разглядела лицо человека в сером пиджаке.
У него были высокие скулы, темные сросшиеся брови и глубоко посаженные глаза.
И эти глаза смотрели прямо в объектив…
В них была настороженность и злоба.
Теперь я поняла, почему убили Арсения и почему та парочка охотилась за его телефоном.
Все дело было в этих фотографиях.
В том, что на них Арсению удалось поймать этого человека, это настороженное лицо…
Ну и деньги.
Наверное, важно и то, что Арсений сумел заснять момент, когда из внедорожника выпали пачки денег.
Однако на этом фотографии в телефоне не кончались.
После снимков, на которые попал человек в сером пиджаке, было еще несколько фотографий.
Сначала Арсений сфотографировал, как внедорожник исчез внутри фуры, затем – как фура выехала за ворота…
Казалось бы, все интересное на этом кончилось, но Арсений сделал еще несколько фотографий.
И вот их я сначала не смогла понять.
На этих фотографиях был изображен один и тот же участок двора. На этом участке стояла самая обычная скамья – старая, в облезлой зеленой краске, железные ножки проржавели, и доски сиденья давно надо было заменить.
Почему-то Арсений сфотографировал эту скамью несколько раз, при разном увеличении.
Приглядевшись, я увидела под левым краем скамьи какую-то неясную тень.
Похоже, что именно эта тень особенно заинтересовала Арсения. Он делал каждый снимок так, чтобы эта тень попала на него, и старался увеличить ее до предела.
Однако, как я ни старалась, я не могла разглядеть, что это такое. И он, судя по всему, тоже не мог.
Тогда я вернулась к тем снимкам, где из внедорожника выпала часть груза. Здесь был снят более общий план, и на него тоже попала та самая скамья.
И тут я заметила, что часть выпавших из кузова пачек подкатилась очень близко к скамье.
Вполне могло случиться так, что одна из пачек закатилась под скамью. Также могло случиться, что в суматохе эту пачку не заметили и она так и осталась под скамьей.
Тогда Арсений пытался разглядеть и сфотографировать то, что завалилось под скамью…
А что, если это что-то (скорее всего, пачка денег) так и лежит под этой скамьей?
Чтобы проверить это, нужно пробраться в злополучный двор, но как это сделать?
Двор огорожен высокой стеной, по верху которой пропущена колючая проволока…
Нет, туда не попасть никакими силами!
Но зачем мне туда идти? Прямо волку в пасть, как говаривала раньше баба Шура.
И тут же в голове возникла здравая мысль: а затем, чтобы наконец выяснить, чем занимался Арсений и за что его убили. Потому что теперь злость на него у меня прошла.
Ну подумаешь, увлекся сестрицей, да от нее все мужики балдеют. И если она сама его пригласила, то как он мог отказаться?
