Алексей Иванович Трефилов родился в 1894 году в деревне Домнинки Каширского уезда Московской губернии, по его утверждению, в семье бедняка. После Октябрьской революции вступил в Красную армию, еще в 1918 году принимал участие в подавлении крестьянских восстаний в Тамбовской губернии. В 1921 году Трефилов был командирован в Ригу для охраны зданий советского полпредства и торгпредства. Вернувшись в Москву в 1923 году, он был назначен на службу в Наркомат иностранных дел, где сначала работал курьером, а затем секретарем у наркома по иностранным делам Г. В. Чичерина (об этом сказано и в книге Сенторенс).
В 1925 году Трефилов был командирован делопроизводителем в генеральное консульство СССР в Париже, где проработал до 1930 года. После возвращения в Москву, с 1930 по 1932 год, Трефилов работал секретарем 3-го западного отдела Наркомата иностранных дел, после чего его направили на работу секретарем консульства и полторгпредства СССР в Монголии. На этом его дипломатическая карьера закончилась.
По возвращении в Москву в 1934 году его перевели на работу комендантом домов в Наркомат тяжелой промышленности. С июля 1941 по февраль 1943 года Трефилов находился в составе отдельного конвойного отряда НКВД. Главной задачей этих конвойных частей были конвоирование и охрана транспорта, военнопленных и заключенных из тюрем и лагерей, оказавшихся на пути наступавших немецких войск. По окончании войны Трефилов занимал разные хозяйственные должности в Министерстве черной металлургии. В январе 1958 года он вышел на пенсию. Умер 25 мая 1967 года[178].
В своих воспоминаниях Андре несколько раз упоминает брата Алексея Трефилова – Василия. Она запомнила его как веселого молодого человека, критически относившегося к советской власти и доводившего своего брата Алексея до ярости своими антисоветскими высказываниями. В 1937 году Василий был арестован, и о его дальнейшей судьбе Сенторенс больше ничего не пишет. А Алексея Трефилова в 1938 году временно исключили из партии за то, что он скрыл в своей биографии арест младшего брата. Сегодня у нас есть возможность узнать о судьбе Василия Трефилова (во всех документах его фамилия пишется через «и»). К счастью, в Государственном архиве Российской Федерации сохранилось его следственное дело[179].
Василий Иванович Трефилов родился в 1911 году там же, где и его брат, – в селе Домнинки. Его юношеская карьера вполне типична для молодого человека того времени. В 1931 году окончил московский рабфак имени Калинина и в 1933 году поступил в Горьковскую бронетанковую школу (ГБТШ), успешно учился и сдавал экзамены, вступил в комсомол, а чуть позже стал комсоргом школы. Однако служить в танковых войсках Василию Трефилову было не суждено.
В 1936 году следователи НКВД стали «раскручивать» дело о «троцкистской» группе курсантов ГБТШ. Они арестовали семь учащихся и выбили из них показания, заставив признаться в проведении троцкистской агитации и в организации антисоветских сборищ на квартире одного из курсантов. Один из арестованных на допросе назвал в качестве «соучастника» Василия Трефилова. Весь «троцкизм» Трефилова состоял в том, что он вел контрреволюционные разговоры, в частности говорил, что «история партии – это брехня». В октябре 1936 года Трефилов был исключен из комсомола и из бронетанковой школы. Он вернулся в Москву и поступил на работу нормировщиком на штамповочную фабрику, но проработал там недолго. 7 марта 1937 года Трефилова арестовали у него дома на улице Мархлевского и этапировали в горьковскую тюрьму. На первом допросе он не признавал себя виновным, но уже через месяц следователь выбил из него признание в участии в троцкистской группе. Стоит отметить, что во время следствия на вопрос следователя о ближайших родственниках и друзьях Василий Трефилов лишь мельком упомянул своего брата Алексея и не упомянул Андре Сенторенс.
Поскольку бронетанковая школа, в которой учился Василий, являлась военно-учебным заведением, то его дело рассматривалось военным трибуналом. В отличие от Особого совещания при НКВД, массово штамповавшего приговоры в отсутствие обвиняемых, здесь была даже соблюдена видимость правосудия. На заседании военного трибунала 3-го стрелкового корпуса Московского военного округа, состоявшемся 14 июня 1937 года, Трефилов не отрицал своего знакомства с арестованными сокурсниками и признал, что бывал на квартире одного из них, но ничего не знал об их взглядах. Несмотря на это, его обвинили в «недоносительстве» и приговорили к четырем годам исправительно-трудовых лагерей, признав обвинение по некоторым пунктам недоказанным.
