Семнадцать лет в советских лагерях полностью

И, наконец, несколько замечаний, относящихся к рукописи книги, сохранившейся в семейном архиве Жерара Посьелло. Текстуально она почти не отличается от своего книжного варианта, и бóльшая часть редакторской правки носит, в основном, орфографический и стилистический характер. Некоторые слова и предложения оказались вымаранными настолько, что уже не поддавались прочтению. К счастью, наиболее крупные фрагменты текста, удаленные автором или редактором, были просто перечеркнуты ручкой, и их удалось прочитать. Самым значимым из них является история ареста сестры Андре Сенторенс Мари-Луизы Суля во время немецкой оккупации. Остальные фрагменты, не вошедшие в книгу, нам также показались интересными, поскольку добавляют некоторые любопытные детали и штрихи к воспоминаниям Андре. Они помещены здесь в виде отдельного приложения.

Хочу выразить благодарность всем, кто помогал мне в работе над книгой Андре Сенторенс.

Прежде всего моя громадная признательность Василию Адриановичу Рудомино, оказавшему финансовую поддержку переводу этой книги и дальнейшим исследованиям, с ней связанным, директору Государственного музея истории ГУЛАГа Роману Владимировичу Романову, без содействия которого русское издание книги было бы вряд ли возможно, и издательству АСТ, взявшемуся за ее издание.

Моя бесконечная благодарность людям, без которых эта книга не получилась бы такой, какая она есть: Жану-Луи Паннэ (издательство «Галлимар», Париж), Мишель Ро (архивистка, Иври-сюр-Сен) Игорю Воскресенскому (Париж), Инне Суховеевой и Кристофу Лубе (Бордо), Жерару и Монике Посьелло (Леоньян), Алену Ляфуркаду (Мон-де-Марсан), Клэр Кларк-Эксбрайя (Лондон), Галине Викторовне Шавериной (председатель Северодвинского отделения общества «Совесть»), Сергею Кожину (Раменское), сотрудникам Государственного музея истории ГУЛАГа Галине Михайловне Ивановой, Татьяне Полянской, Александру Макееву, Тамаре Чернаковой и Светлане Пуховой, сотрудникам Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества «Мемориал» Ирине Островской и Борису Беленкину, Елене Сафроновой (Государственный архив Российской Федерации).

Отдельная глубочайшая признательность – Алене Схановой и Ксении Жолудевой, проделавшим титанический труд по литературному редактированию текста.

Не могу не упомянуть здесь и тех, кто внимательно прочитал рукопись перевода и послесловия и высказал о них свои соображения. Это прежде всего моя жена Елена Голосовская и мои друзья Севана Саркисьян, Надежда Королева, Алексей Литвин, Анатолий Черняков и Наталья Ратнер (Иерусалим).

Большая благодарность сотрудникам ЦА ФСБ в Москве и архива РУ ФСБ по Архангельской области за помощь в предоставлении архивно-следственных дел Андре Сенторенс.

Москва, 2018–2020 гг.

Зажиточный дом на рю Тозья. Красивая деревянная лакированная дверь, какие популярны в Бордо, ведущая в вестибюль наверху. Та, которую я ищу, стоит передо мной. В ней нет и тени смущения. Совсем недавно мы видели ее на экранах телевизоров, бесстрашно отвечающую на вопросы, многие из которых были довольно каверзными. Их ей задавал тоном инквизитора со сверлящим взглядом Пьер Дегроп. Впрочем, он был не единственным, кто ее допрашивал, – в свое время ей приходилось отвечать на вопросы следователей.

На ней красный фартук – она работает гувернанткой у доверенного лица ордена капуцинов. Ее внешность, уверенность в себе, простая манера общения говорят о ней как о прекрасной хозяйке: аккуратно надписанные банки с конфитюром, заготовки на зиму; тщательно натертый паркет; яблоки на чердаке. Все в этой уже немолодой женщине источает мир и спокойствие.

Однако внешность обманчива.

При встрече с ней кто бы мог догадаться о необыкновенной судьбе Андре Клотильды Сенторенс, родившейся 2 августа 1907 года в Мон-де-Марсане на рю Кронштадт (не предвосхитил ли этот адрес ее будущее?)!

Вот это биография!

Двадцать три года свободы: с момента рождения и до отъезда в СССР со своим мужем, сотрудником советского посольства в Париже.

Двадцать шесть лет жизни в Советском Союзе, из которых семнадцать она провела в исправительно-трудовых лагерях.