Вейдер прекрасно понимал, что играет на грани фола, и терпение Палпатина, наконец, иссякло. В тот самый момент, когда на небосклоне Империи засверкала звезда удачи Уиллхуфа Таркина, Вейдера вывели из игры. Строительство станции, которой было суждено начать новую эру в техническом превосходстве Империи, возглавил сам автор пресловутой
Создаваемый монстр жадно пожирал чудовищные капиталовложения, повышение налогов во внешних регионах порождало все больше недовольства Новым Порядком, а репрессии протестующих – мятежи один за другим. По совету Пестажа Император решил поправить экономическое положение государства аннексией не входивших в состав государства нейтральных систем. В первое время экспансия оправдывала себя, но назначенные моффы довольно скоро вышли из-под контроля, потихоньку принявшись делить и перекраивать внешние регионы на свой лад. Как-то незаметно раздел имущества и сфер влияния перекочевал уже на средние территории, и беспокоил центр.
Империя пошатнулась. Впереди ее ждали невероятная по масштабам гражданская война, а в результате закономерный раскол на десятки кусочков с коктейлем из анархии и тирании. Император был по-прежнему силен. Но он не был вечен – и это неожиданно осознали слишком многие. Трудно было предсказать, кто придет к власти после него. Следующий Император. Какой-нибудь спятивший мофф. Или, учитывая любовь Истории к сногсшибательным переменам и переворотам, кто-то из старореспубликанского поколения демократов.
Кто угодно.
Палпатин сделал вид, что занял выжидательную позицию, а сам активировал новые чистки в Сенате и правительственных структурах на предмет поиска внутренних врагов. Таркин, почти ежеминутно клявшийся в верности Императору, явно вынашивал планы по поводу собственного занятия трона. Опальному Лорду отвели роль наблюдателя – с которой он никогда не смог бы смириться. Это двадцать лет назад Энекин Скайуокер был настолько наивен, что мечтал о реформах. Нет, теперь надо было срочно менять стратегию. И его стратегией стала новая война.
Таркин построил Звезду Смерти.
Темный Лорд Империи создал свою тайную армию.
Вопреки здравому смыслу, эти две силы уравновешивали друг друга. Так опытные воины в единоборстве не вступают в схватку сразу, а выжидают, позвякивая оружием и медленно изводя противника собственным терпением.
Небольшая флотилия, вылетевшая бомбить какую-то не пожелавшую поделиться спайсом и другими ресурсами систему, неожиданно напоролась на заслон из неизвестных вражеских истребителей. За несколько лет армия эта, руководимая неугодными его Величеству военачальниками и состоящая из ополченцев внешних регионов, набрала кое-какую силу. Многие забытые дальние миры, где имперская экспансия чаще всего была источником беспредела, теперь жили под защитой некой вооруженной организации, являющейся для них гарантом куда более реального Мира и Порядка.
В благополучных центральных регионах все было по-иному. Прошел слух, что у Империи появился Враг.
Поначалу Враг не имел имени. Но едва столичные СМИ наградили его множеством прозвищ, он стал многолик.
Враг был неуловим. И настолько же неуловим, насколько непонятен. Расчет Темного Лорда был верен – инстинктивный страх всего живого перед неизвестным привел к тому, что угрозу государственному порядку Империи сочли не то чтобы реальной, но все-таки... а вдруг? И политики, и военные в срочном порядке отложили былые разногласия до лучших времен, решив сосредоточиться на общей борьбе с мятежниками.
Все встало на свои места.
Но тут к Альянсу потянула свои цепкие лапы контрразведка, действуя через нескольких известных республиканцев, членов недавно разогнанной демократической фракции Сената. Тогда была выдумана новая ложь. Альянс срочно обзавелся романтическими идеалами и бесхитростной программой действия. Теперь дела велись на два фронта. Небольшая компания парламентских мечтателей поставляла контрразведке щедрую информацию о том, что им удалось заполучить десяток искореженных истребителей и переманить на свою сторону какого-то лишенного влияния старенького сенатора. Тайная армия на время ушла глубоко в тыл. Воевать было вроде как и не с кем. Шеф Альянса – сенатор Мон Мотма нарочито оставалась в Сенате до последнего. Это и был хорошо проверенный «рецепт Палпатина». Где же еще проще спрятаться заговорщику, как не на виду у врагов и среди фанатиков, которых никто не принимает всерьез?
