Семнадцать мгновений Вейдера полностью

Сегодняшняя встреча была очередным капризом Властелина Галактики: Вейдер получил флот, и должен «отработать» брошенную косточку. Иными словами, перенести несколько дней тесного общения с отвратительными в своем притворстве чиновниками, и военными, в чьих взглядах справедливая ярость щедро перемешивается со страхом. Мнение Энекина о подобной стратегии отлично выражалось двумя словами малоцензурного содержания – наследством татуинского детства. Лорд поймал себя на мысли, что отдал бы пять лет жизни, лишь бы избежать этой встречи. Хотя вряд ли он нашел бы дурака, готового на подобную сделку: при его образе жизни даже двухлетняя выживаемость представлялась крайне сомнительной. Хотя, кто знает? Энекин всегда считал, что не доживет и до тридцати… но уже разменял четвертый десяток.

«Неужели такой «неправильный» рыцарь, как я, зачем-то нужен Силе? Много раз я должен был умереть – и даже желал этого, но смерть снова и снова обходит меня стороной. Или я просто не заслужил столь легкого избавления от страданий? Что поделать: самые лучшие люди всегда погибают первыми, оставив нас, недостойных, расхлебывать неприятности».

Он по-прежнему не мог спокойно думать о Падме: в горле возникал предательский комок, а предметы расплывались перед глазами, но временами Энекин искренне радовался, что ей не придется пройти через этот ад. Ангелы заслуживаю самого лучшего… столь совершенным созданиям нечего делать при дворе Императора.

Погруженный в свои мысли, Дарт Вейдер проигнорировал почетный караул и быстро подошел к группе встречающих. Приземистый толстячок, чье лицо стало белее рубашки, как раз собирался изречь очередную банальность типа: «Как мы счастливы, что вы…», когда по коридорам прокатилось эхо далекого взрыва. Опытный взгляд Лорда оценил скорость реакции СБ – видимо, ее начальник не даром ест свой хлеб. А вот, кстати, и он. Вейдер повернул маску к подтянутому офицеру в серой форме, когда сильный толчок швырнул его на землю. Через пару секунд раздался грохот взрыва и еще один удар – тяжелая люстра вместе с кусками потолка упала прямо на головы собравшимся. Энекин быстро вскочил на ноги и попытался оценить обстановку: по иронии судьбы, важные персоны, несомненно, являвшиеся целью диверсии, почти не пострадали. Два расквашенных носа, мелкие порезы и вывихнутая рука не могли считаться серьезными травмами. Другим повезло меньше: придавленные люстрой получили множественные переломы, а осколки стекла, разлетевшиеся во все стороны, нанесли многочисленные резаные раны. К счастью, военные умели оказывать первую помощь, так что раненым не угрожала смерть от кровопотери. Будет просто чудом, если никто не погиб! Здесь Скайуокеру пришлось вернуться к причинам трагедии, - и очевидные выводы его совершенно не обрадовали. Все признаки указывали на диверсию, – а кому она выгодна больше, чем Альянсу? Одним махом уничтожить комсостав флота во главе с Командующим, нанести материальный ущерб Фондору – что может быть соблазнительнее? Самым страшным кошмаром Вейдера было превращение Альянса в организацию, борющуюся с Империей ее же методами… но даже Империи потребовалось семь лет, чтобы опуститься до убийства безоружных людей. А уж бросать бомбы из-за угла… при мысли о подобном способе борьбы за справедливость у Энекина волосы встали дыбом. «Хорошо, что за шлемом не видно…» - он помотал головой, отгоняя посторонние мысли. Необходимо узнать правду, какой бы она не была, а для этого первым делом надо найти выход. Конференц-зал превратился в ловушку, которая, если они будут сидеть сложа руки, быстро переквалифицируется в могилу. Время, положенное на экстренный перезапуск энергоблока прошло, но тревожно-красные лампочки так и не сменили цвет на зеленый. А это означало, что цикл регенерации воздуха остановлен. Простые расчеты показали, что, при таком количестве народа в закрытом помещении, концентрация углекислоты достигнет опасного для жизни уровня через полтора стандартных часа. А потом люди начнут умирать… у них остался только один выход. Вейдер отыскал взглядом главу СБ, пытавшегося оживить передатчик, и зашагал к нему, решительно переступая через обломки.

Искалеченная, теряющая кислород орбитальная станция, волею судьбы превратилась в опасный лабиринт, по которому пробирались три группы существ. Они двигались медленно, вынужденные вручную открывать герметичные двери, каждый раз рискуя очутится в вакууме, но встреча, ради которой было затеяно сегодняшнее «мероприятие» должна была состояться. Рано или поздно…