Лайнус Грегори Кейн набрал очередной код, створки двери медленно разошлись… и прилетевший с той стороны лазерный луч отбросил главу СБ к стене. Вероятно, он все же потерял сознание, потому что короткая, но яростная схватка осталась в его памяти в виде отдельных эпизодов. Выстрел… падающее рядом тело в белых доспехах… крик в другом конце коридора… и фигура в черном, стоящая перед двумя уцелевшими повстанцами. Странно, но они, как будто, РАЗГОВАРИВАЛИ. Кейн прислушался: Вейдер говорил подлым убийцам, что они позорят само понятие Альянса. Лайнус задохнулся от возмущения: проклятый ситх толкует с этими НЕЛЮДЯМИ о моральных ценностях повстанцев. Да как он может… Кейн попробовал приподняться. Тело мгновенно пронзила жестокая боль. Глава СБ понял, что умирает и прошептал только слово, в которое вложил всю свою неприязнь к этому человеку:
Это прозвучало, как пощечина. Сколько же ненависти надо вложить в простой набор звуков, чтобы получить столь мощный отклик в Силе? Вейдер замолчал на середине фразы, пытаясь справится с эмоциями. Он знал, как имперцы охарактеризуют его деятельность в роли двойного агента… но все же оказался не готов к тому, что у кого-то достанет смелости назвать вещи своими именами. О, Энекин нашел бы, что ответить на обвинения Императора – как ответил на упреки Органы. Но искреннее проклятие того, кто пошел на смерть по твоему приказу, за идеалы, которые ты ПРЕДАЛ (то, что ты их никогда не разделял – ничего не значащая деталь), - такое обвинение поражает прямо в сердце. Скайуокеру показалось, что потолок падает вниз, а стены злорадно повторяют вслед за Кейном: «Предатель… предатель… предатель…». Противники, похоже, решили, что он струсил. На их лицах (или, скорее, мордах?) расплылись довольные ухмылки. Только один из нападавших был человеком, второй же напоминал вставшую на задние лапы татуинскую песчаную крысу. Сейчас эта «крыса» раздулась от гордости и начала говорить. Вейдер практически ничего не слышал из-за шума в ушах, но одно слово внезапно заставило его отвлечься от самобичевания: «…Энекин».
Миккиири был вне себя от счастья: их план удался! Гибель шестнадцати Зар-ту не была напрасной: они все же достигли цели. Этот Даарт скоро умрет, как уже умерли его спутники… но сначала надо рассказать убийце, кто ему мстит. И главное – за что.
Наконец-то мы встретились! Зар-ту долго ждали. Двадцать долгих лет мы готовились к этому дню, к моменту, когда мы встретим человека по имени Даарт Вейдер и бросим ему в лицо слова Великого Магистра: «Ты проиграл, Энеекин».
Великого Магистра? Это вы о ком?
Ты смеешь утверждать, что не помнишь? Даже такое исчадие зла, как ты, Скаайуокер, не может забыть Учителя! Божественный Винду пал, сраженный твоим предательским ударом, но мы, верные последователи его доктрины, станем проводниками священного возмездия.
Вейдеру очень хотелось ущипнуть себя, чтобы убедится, что этот фарс ему не снится. Мэйс Винду, стоящий во главе религиозного культа? Фанатики, с радостью умирающие во имя «священного возмездия»? Что за бред! Неужели подобное возможно в наше время? Сквозь глубокое потрясение все же пробивалась несвоевременная радость:
Много лет назад я, действительно, знал Мэйса Винду, но не замечал в нем ни капли «божественной сущности».
Существо визгливо захихикало:
Ты просто дурак! Не заметить великие способности Наставника мог лишь не имеющий глаз, - или окончательно продавшийся демонам. Наверное, сама Тьма двигала твоей рукой, когда…
Это был честный поединок… и столь любимый вами Мэйс напал на меня первым.
Его миссией было уничтожать зло, - отрезала «крыса». – Если он напал на тебя, значит, его божественный взор не мог вынести созерцания твоей душевной грязи. Даже сейчас ты сомневаешься в его святости, - ни это ли лучшее доказательство глубины падения! Ты – проклятый еретик, Скаайуокер, и отравляешь этот мир своим присутствием. Но мы, зар-ту, «воины пути», не позволим этому продолжаться. Твоя жизнь будет искупле…
Завершая свою обличительную речь, «крыса» направила на Вейдера бластер. Лорд не стал защищаться, желая дослушать монолог до конца, но в дело вмешался новый участник. Меткий выстрел отбросил мохнатого террориста к противоположной стене. Его спутник разделил крысиную участь, не успев даже вытащить оружие. От переборки отделилась знакомая фигура в потрепанных серо-зеленых доспехах. Боба Фетт услышал более чем достаточно…
-Кажется, я не в первый раз решаю проблемы Империи?
