– Все будет сделано, – уверенно пообещала я, и все согласились, поддерживая авантюру Эми.
– Это будет лучшая вечеринка в честь дня рождения моего мужчины!
–
– Но их люблю я, а он любит меня. – С этими словами Эми опустила на глаза очки и, дернув плечом, отмахнулась от парней.
– Он сам об этом говорил, или это твои фантазии?
– Ха-ха-ха, очень смешно, Гамильтон. – Она показала нашему другу средний палец у губ, накрашенных блеском. – Мне не нужны громкие признания в любви, чтобы чувствовать себя любимой.
Уилл дернул плечом, достал из кармана телефон и полностью в него погрузился.
– Ага, только громкие стоны. «О да, детка, трахни меня! О, Андреас, ты такой большо-о-й!» – Лукас развернулся к нам, пародируя голос Эмилии.
Подруга дала ему подзатыльник, заставляя его замолчать.
– Эй, за что? Вы правда оба громкие, черт возьми, а стены в отелях обычно тонкие!
– Да, придурок, но не всем на этом стадионе надо об этом знать.
– Да весь Париж об этом знает, потому что пока мы спали перед игрой с «ПСЖ»72, вы, ребята, трахались как кролики, не давая мне спать, – как можно тише рассказывал Лукас, хотя пожилая пара в нескольких рядах впереди на нас шикнула. – Кэп, предлагаю в следующий раз поселить этих двоих в другом отеле.
Диего лишь ухмыльнулся и покачал головой, но ничего не сказал.
– Ой. Ребята, вы слышите это? – обратилась Эми ко всем нам, драматично положив руку на сердце. – Кажется, эти двое завидуют нам: один, потому что кроме правой руки к нему никто не прикасался, а второй… ну потому что он Уилл, я-самый-угрюмый-и-нудный-парень-на-свете-Гамильтон.
Уилл фыркнул и, как и наша подруга ранее, показал через плечо средний палец, а затем снова углубился в свой телефон, сосредоточенно с кем-то переписываясь.
– Ха, неужто хочешь заменить мою правую руку? – Лукас вскочил с места. На его лице больше не было той усталости, с которой он пришел.
– Если только в твоих мечтах, милый.
Пока эти двое препирались, а Уилл и Марти занимались своими делами, Диего нежно поцеловал меня в шею и привлек мое внимание.
– Мне пора.
– Хорошо.
Он нежно коснулся моих губ.
– На удачу.
– Разве она тебе нужна?
Диего снова коснулся губами моих, а затем добрался до подбородка.
– Думаю, она мне не помешает.
– М-м-м, – простонала я, позволяя ему целовать мою шею так, как я люблю. Посасывая, облизывая, помечая меня.
– Иисус, меня окружают одни влюбленные парочки! Уилл, дружище, нам срочно нужно найти мне кого-нибудь, – жалобно протянул Лукас, обняв друга за плечи, но мы с Диего не отстранились друг от друг. Вместо этого он еще сильнее поцеловал меня.
– Нет, не нужно. Любви придают слишком большое значение и тратят на нее слишком много времени. Ее переоценивают, – услышала я ответ нашего друга, даже не оторвавшегося от телефона.
– Какой же ты циник! – возмутилась Эмилия.
– Нет, ему просто кто-то разбил сердце, – добавил Марти со своего места.
– Чтобы его разбить, оно сперва должно у него появиться, – прокомментировала подруга, рассматривая свои розовые ногти.
Лукас не удержался от очередного замечания:
– У-у-ух, это было жестко, брюнеточка.
– Оставьте его в покое, ребята. – Диего отпустил меня, но перед тем как подняться с места, оставил еще один быстрый поцелуй на кончике моего носа. – Встретимся через час.
– Вперед, мои птенчики. – Марти хлопнул Диего по бедру, когда тот обходил нас и спускался по лестнице.
– Эй, приятель, дай моей Скай побольше игрового времени! – крикнул ему вдогонку Лукас. – Она готова побеждать!
Диего поднял руку и показал большой палец.
– Ты просто предвзятый, парень, – сказал Марти.
– И что? Она все равно лучший ребенок, которого я знаю.
– Многих детей ты видел?
– Нет, – скривил лицо Лукас.
– Вот именно.
Я отвлеклась от их разговора и взглядом нашла Диего среди небольшой толпы на нижней трибуне. Он остановился, чтобы сфотографироваться с болельщиками и подписать футболки. Когда он закончил, вежливо улыбаясь своим фанатам, я окликнула его, привлекая к себе внимание:
– Эй, Чемпион, если вы выиграете сегодня, мяч будет на твоей стороне, и игра закончится.
Дьявольская ухмылка появилась на его губах.
– Ты уверена, Маккой?
– Абсолютно.
– Никакого овертайма?
– К черту овертайм.
***
Мы ввалились в дом, захлопывая за собой дверь, и этот звук эхом прокатился по пустому коридору. Чапи, услышав шум, тут же выбежал к нам, его когти весело постукивали по мраморной плитке пола. Но даже громкий лай моего пса не мог разорвать ту невидимую нить, что связала наши губы в страстном поцелуе, начавшемся еще у машины, едва Диего остановил ее на подъездной дорожке.
После того, как праздник в приюте закончился и гости начали расходиться, мы попрощались с детьми и сеньорой Перес, сели в машину и помчались домой. Слова Диего звучали в голове: «Если ты передумаешь, я уволю тебя». Но как я могла передумать? Этот момент был неизбежен, как восход солнца.