— Конечно, быстро! Пришли трое мужчин. А это шесть пар сильных рук! Лучше, чем было в начале. — Хмыкает Кристофер, раздавая всем шоколадные батончики. Я благодарно беру, чувствуя, как желудок заурчал от голода.
— Я так понимаю, ночевать вам негде? — Спрашивает Дэррил у меня и Стефа. Мы переглядываемся с Клаусснером и киваем в ответ.
— Дом сегодня вам организовать не могу. Только завтра: хочу поселить вас в доме бывшей Химеры. Вы не против?
— Нет. — Я вижу, как Клаусснер задумчиво смотрит на свои пальцы. Судя по тону, в его планах не задерживаться тут долго. Дэррил не замечает этого и продолжает:
— А пока могу предложить лишь мой гараж. Спальные места организую. Да и безопасно будет.
— Это еще почему? — Клаусснер вскидывает голову и смотрит с вызовом на парня.
— Потому что дома буду я. — Заканчивает за Дэррила Миа. Мы удивленно смотрим на эту маленькую девчушку с большими карими глазами и пушащимися волосами вокруг ее личика.
— У Миа дар. Она отлично умеет прятать, отводить глаза, запутывать и так далее. Поэтому вам не стоит бояться, что вас найдут или дозовутся до вас, если Миа не захочет. — Дэррил обнимает свою сестру за плечи в простом жесте, что внезапно я вспоминаю, как сам так делал с Мириам.
— Тогда в гараж. Только я прошу беременную устроить в более комфортное место. — Снова напирает Стефан. Я кидаю взгляд на Клаусснера. Черт! Да он прикипел к Варваре! Видно, что это не простая забота — он ее зауважал и принял, как равную себе.
— Мы ее положим в комнате с Мел.
— Хорошо. Тогда мы пошли за девушками.
Стеф кивает мне, и мы молча уходим из подсобки в «коморку» для официантов.
— Ты им доверяешь? — Шепчет Клаусснер, оглядываясь, чтобы никто не подслушал. Я останавливаюсь. Вокруг сумрак, в подсобке слышны голоса ребят, которые, видимо, обсуждают нас и наше появление.
— Не знаю почему, но доверяю.
— С чего вдруг?
— Я вспомнил этого Дэррила. Он присутствовал, когда меня оживили. И как тебе объяснить-то…
— Постарайся! Я уже ничему не удивляюсь.
Перед глазами проносится воспоминание стертое, порванное, нереальное: Морган, Мелани, прячущаяся за моей спиной, железные столы и Дэррил. А еще к этим обрывкам добавляется чувство доверия и единения с этим парнем, будто он — это бывший я.
— Короче, я когда был мертв… я, кажется, общался через него с Мелани.
— Это как?
— Ну, как призрак. Не помню, как это происходило. Просто всплывают картинки. И у меня такое ощущение, словно я знаю этого Дэрилла. Поэтому и доверяю…
— Как ты думаешь, какой у него дар? — Клаусснер в задумчивости скребет свою щетину, которая уже угрожает превратиться в бороду.
— Если сестра прячет, то он, наверное, ищет?
Стеф кивает в ответ:
— Странные они — эти Химеры и Инквизиторы. Нет, я понимаю, когда двое дружат, или брат Инквизитор, а сестра Химера… Но тут целая шайка! Заметил? Этот Ларсен — уже Светоч.
— Это Норвегия, Стеф. Здесь нет кланов Химер. Я не знаю, здесь есть вообще Инквизиционные школы?
— Ладно, Оденкирк. А что решил насчет Мелани? Куда дальше? Будем выкрадывать?
— Куда?
Стеф затронул главный вопрос: я не знаю, что делать дальше. Я смотрю на бар, который представляет унылое зрелище без посетителей, будто смотришь на спящего: пустые столы, забытые и ненужные меню, грустно весящие флажки с названием пива. Я вздыхаю и говорю, что думаю:
— Не знаю, Стефан. Я пока не решил. Думаю, пока побыть здесь, понаблюдать за этой шайкой, а дальше свалить.
— Не боишься, что тебя обнаружит твоя поклонница? Может, стоит Мел в Саббат, а ты вернешься в психушку?
Я сверлю Стефа взглядом. На самом деле, это хороший план. Но как, черт возьми, я брошу Мелани, когда только что ее нашел? Это выше моих сил.
— Нет… не знаю… Давай пока осмотримся на месте… Пошли.
Я разворачиваюсь и иду к комнате. Это была моя попытка уйти от разговора, потому что в данную минуту я был счастлив со всеми за и против. Судьба сделала для меня невероятный, небывалый подарок — такой, какого не было ни у одного человека с библейских времен: мне вернули любимую с того света! Непостижимо. Невозможно. Но факт. Сколько же я должен выслуживаться перед Богом за это? Чем придется жертвовать?
Открыв дверь, я замираю на входе и начинаю улыбаться. На кровати спят Варвара и Мелани: две близняшки — одна будто отражение второй. Варвара прижимается спиной к Мел, а та ее нежно обнимает, сопя в плечо сестры. Ко мне подходит Стеф, и я слышу его смешок за собой.
— Когда мне было девятнадцать, моей эротической фантазией было оказаться в постели с двумя близняшками.
— Заткнись, Клаусснер! — Шиплю я на Стефа.
— Чего? Забыл? Сам же о таком фантазировал! Забыл бар «Две пинты»?
— Это было давно и не правда.
— Ну-ну…
