— Именно это людям и не понравится. Не волнуйтесь, я слышала, вы у нас новичок. Есть вещи, которые вам еще предстоит узнать.
Я пялилась на нее, пока она прокладывала мышью путь среди каких-то файлов. Ей, наверное, тридцать два. Максимум — тридцать четыре. На мой взгляд, недостаточно для такого цинизма и покровительственного тона. Шерсть у меня на загривке встала дыбом.
— Возможно, его откровенность станет для людей глотком свежего воздуха. — Я старалась говорить спокойно, будто предлагала тему для обсуждения.
Натали фыркнула. В отличие от загадочно короткого смешка, фырканье прозвучало естественно.
— Вообще-то я серьезно! — уточнила я.
Теперь я злилась уже в открытую.
Натали одарила меня снисходительной улыбкой.
— Успокойтесь, все будет хорошо. Вы прекрасно поработали, просто немного грубовато. Мы отполируем ваш законопроект, прежде чем Брэмен сможет начать его продавать.
Я сопротивлялась страстному желанию повернуться и посмотреть на младенца, к которому она, должно быть, обращается. Неужели она говорит со мной?
О боже, да. Я начинала подозревать, что мы с Натали вряд ли подружимся. Несколько минут я обдумывала возможность того, что на самом деле она — злобный бабаробот или какой-то другой гнусный фантастический механизм, посланный, чтобы чинить помехи человеческой доброте. Пока она занималась компьютером, я разглядывала ее кабинет в поисках подтверждений своей теории.
Кроме нескольких отретушированных фотографий в безупречных рамках и новехонького плюшевого мишки в футболке с надписью «Не падай духом!» (встретившись с ним глазами, я мысленно упала и свернулась в тугой клубок) на столе у нее почти не было личных вещей. Если она все-таки человек, то, несомненно, из тех женщин, которые содержат рабочее место в чистоте и строгости — в отличие от меня.
Я напомнила себе, что она работает на сенатора, который вроде на нашей стороне, и что пока в опасности только формулировка, а не суть проекта, но меня все равно трясло от мерзости, сочившейся из Натали, даже когда она просто сидела и печатала.
— Ты уже замерзла? Похоже, я опоздал.
Голос Аарона немного успокоил меня. Я подняла глаза и увидела, что он протягивает мне трубочку шоколадного мороженого.
— Только попробуй сказать, что не мечтала о нем весь день. Не лишай меня чести утолить твой голод.
Даже сидя спиной к столу и лицом к Аарону, я почувствовала, как воздух вокруг Натали раскалился. Но я лишь обрадовалась возможности отвлечься.
Я улыбнулась и решила не говорить, что позавтракала «Клондайк-баром», и ему пришлось бы явиться ко мне домой в семь утра, чтобы накормить меня первым мороженым за день. Я покраснела, сообразив, как именно он мог оказаться в моей квартире в семь утра.
Раздраженный вздох Натали развеял мои грезы.
— Аарон, мы работаем.
Аарон подмигнул мне и повернулся к Натали.
— Я бы принес и тебе, но у них не было обезжиренного йогурта, а я знаю, что ничего другого ты не ешь.
Натали наверняка услышала это, но даже не шелохнулась, словно прикованная к монитору.
— Так держать, девушки, — Аарон махнул рукой и исчез в коридоре.
Натали, похоже, злилась. Я не против обезжиренных йогуртов; наоборот, я бы с радостью их полюбила. К тому же меня бесит, когда парни, палец о палец не ударяющие ради отличной фигуры, отпускают шуточки по поводу наших диет, но это особый случай. Аарон, возможно, станет моим женихом, а Натали мне совсем не нравится.
— Могу я чем-то помочь? — спросила я, облизывая мороженое.
Кажется, она вздрогнула.
— Знаете, может, я поработаю одна и потом отправлю вам черновик по электронной почте.
Это был не вопрос.
Я вернулась в Рассел-билдинг, обуреваемая самыми разными эмоциями. Когда я, задрав нос, шла мимо Ральфа к лифту, то уже решила, как поступить с Натали. Я подожду, пока она внесет свои изменения, а потом просто получу от Р.Г. разрешение отклонить их. Проблема решена.
Встреча с Аароном принесла мне куда больше счастья. Я помнила, что надо быть осторожной, но все равно весь день ухмылялась. А в шесть вечера получила от него электронное письмо с предложением повеселиться.
Я колебалась, но недолго. Глупо отвергать его лишь потому, что он работает на Брэмена. Неважно, что говорит Р.Г., я не позволю его паранойе диктовать мне, с кем можно встречаться, а с кем — нет. Я сама принимаю решения — и дам Аарону шанс. Я согласилась встретиться с ним в четверг вечером, поблагодарила всех своих богов и задумалась, можно ли за три дня обрести формы супермодели.
Полный вперед
Я встала на час раньше, чем обычно, чтобы сделать одно очень важное упражнение. Поскольку сегодня — тридцатая годовщина окончания съемок «Изгоняющего дьявола», я решила смотаться на угол Проспект и М-стрит и побегать по крутой внешней лестнице, прославившейся благодаря этому фильму. Сама я никогда не смотрела «Изгоняющего дьявола» и не собираюсь смотреть, потому что фильмы ужасов — не для меня и мои попытки закалить дух всегда заканчивались плачевно.
