Если бы кто-то другой устраивал мне такие контрастные ванны, я бы давно его бросила. Но работа с Р.Г. стоила высоких требований, переменчивого настроения и оскорбительных выговоров. Я не должна об этом забывать.
Утром в мамин день рожденья рассвет оказался серым и дождливым, необычным для конца августа. Может, это осень напоминает о себе? После завтрака с пожарными Толидо мы с Р.Г. сели на поезд до Коламбуса. Я подождала, пока он поглубже закопается в политическую сводку, и позвонила маме.
— С днем рожденья! — прошептала я, когда она взяла трубку. — Я в поезде, поэтому перезвоню через несколько часов, просто хотела тебя поздравить.
— А петь ты будешь? — спросила она.
Я покосилась на Р.Г. и встала, чтобы выйти, но стоящие пассажиры загораживали проход. Когда мы сели на поезд, многие узнали Р.Г., наверняка кое-кто из этих тормозов попросту хочет послушать, что он скажет.
— М-м-м, сейчас не смогу, — ответила я матери и улыбнулась людям, которые уставились на освобожденное мной сиденье.
Я вернулась на место.
— Ну спой, солнышко. С тех пор как тебе исполнилось два годика, ты всегда пела мне в день рожденья. Мне не нужно никаких подарков, только услышать твой милый нежный голосок.
Она солгала дважды. Во-первых, ей определенно нужны подарки. Она всегда утверждала, что нет, или просила подарить «какую-нибудь безделицу», но если утро не приносило груды подарков — как минимум две трети из них должны быть наимоднейшими, — она устраивала грандиозный скандал. А во-вторых, может, я и разговариваю «милым нежным голоском», но уж пою точно не им. Когда мне было девять, руководитель церковного хора попросил меня только открывать рот в такт музыке. Визжащие орангутанги — и те мелодичнее меня. То ли маму оглушила материнская любовь, то ли ей нравится потешаться надо мной в свой день рожденья.
— Мам, я правда не могу... — заныла я, глядя на Р.Г. Он сидел совсем рядом у окна и читал сводку. Мы должны были сидеть через два ряда друг от друга, чтобы ему было просторно, но в поезде оказалась давка.
— Пожалуйста! — умоляла мама. — Ты мое единственное дитя. Раз уж ты не приедешь ко мне в день рожденья, хотя бы спой.
Боже всемогущий. Ну ладно, ладно. Я повернулась к Р.Г. спиной и как можно ниже свесилась с кресла. Голову я опустила к полу, прикрыла трубку ладонью и начала петь придушенную и крайне неблагозвучную версию «С днем рожденья тебя».
Хотя я пела как можно тише и быстрее, это тянулось мучительно долго. Кое-кто из стоящих пассажиров отодвинулся или мне показалось? Я продиралась через «милая ма-ма», когда меня похлопали по плечу. Я выпалила последнюю строчку, обернулась и увидела протянутую руку Р.Г.
— Да, сэр? — сконфуженно сказала я.
— Вы не одолжите мне телефон на секунду?
Не успев попрощаться с мамой и нажать отбой, я протянула Р.Г. трубку. К моему удивлению, он поднес телефон к уху.
— Здравствуйте, миссис Джойс, это Роберт Гэри. Я просто хотел поздравить вас с днем рожденья и сказать, что ваша дочь — прекрасный работник.
Ух ты. Какой подарок для мамы. Куда лучше мини-сада камней, который я впопыхах купила ей в Толидо. Я почти слышала, как она гордо и возбужденно трещит что-то в трубке, прижатой к уху Р.Г. Она определенно что-то говорила — лицо Р.Г. стянулось в привычную маску слушателя.
— Ну, я не очень хорошо разбираюсь в подобных вещах, миссис Джойс, но, по-моему, она выглядит вполне здоровой, — ответил Р.Г.
Боже, что она там говорит? Я непроизвольно попыталась выхватить у него телефон. Р.Г. улыбнулся уголками губ.
— Я так и сделаю, миссис Джойс. Всего доброго.
Р.Г. нажал отбой и вернул мне трубку.
— Спасибо, сэр. Очень любезно с вашей стороны. Уверена, мама теперь весь день будет счастлива.
— Ничего особенного, — ответил он и вернулся к чтению.
О чем она его спросила? Я предвидела, что лучше не выяснять, но все же не удержалась.
— Сэр, мне просто любопытно, не спросила ли вас мама о чем-то неприличном или неуместном?
Р.Г. улыбнулся.
— Как посмотреть. Она спросила, нет ли у вас на коже сыпи. Сказала, что это бывает редко, но если бывает, то обычно из-за того, что вы пьете слишком мало воды.
Я в ужасе заморгала.
— Понятно. Спасибо, что ответили. Простите, что подвергла вас этому испытанию, сэр, — выдавила я.
— Я же сказал, ничего особенного.
Я вжалась в сиденье, мечтая исчезнуть. Интересно, моя гениальная мама знает, что сыпь появляется еще и от стресса? В этом случае ответственность за каждое пятнышко, которое появится в ближайшее время, ляжет на нее.
Мероприятия в Коламбусе прошли в каком-то тумане, утро настало внезапно, и мы отправились на симпозиум по здравоохранению в мою альма-матер, Университет Цинциннати. Дженни с мальчиками встретили нас в зале ожидания. Мои родители этим утром сорвались в романтическое путешествие в отель системы «завтрак и постель» (сюрприз маме на день рожденья), иначе, конечно, тоже пришли бы.
