Оруженосец адмирала зачерпнул мне эля глиняной кружкой объемом с пинту прямо из бочки. Эль был светлый, со сладковатым привкусом и запахом можжевельника. Эль, который будут подавать в пабах в двадцать первом веке, если и напоминал, то отдаленно, разве что тем, что похож на выдохшееся пиво, однако стал намного лучше того, что я пил у валлийцев. Впрочем, я уже с трудом вспоминал вкус не только пива, но и валлийского эля. К своему удивлению, напиток мне показался приятным. Наверное, стосковался по настоящему пиву, хотя пил его не часто. Разве что, когда работал под голландским флагом. Пиво там было халявное. Если не выпьешь, такое чувство, будто тебя обворовали.
— У нас приятная новость, — начал Жан де Вьен и сделал паузу, чтобы новость дозрела и стала еще приятнее. — Пять дней назад умер король Эдуард! — торжественно объявил он, после чего отсалютовал глиняной кружкой с элем и пожелал: — Упокой, господи, его душу!
— Аминь! — произнес я и тоже выпил эля.
— Всем судам запретили выходить в море, чтобы мы не узнали о его смерти, пока не коронуют наследника, — продолжил сухопутный адмирал. — Я приказал самой быстрой галере без остановок грести в Париж. Уверен, что наш король наградит их по-королевски за такую приятную новость!
— Да уж, англичане лишились своего самого талантливого короля-полководца за все время существования королевства. Если не считать Вильгельма Завоевателя, — поделился я личным мнением.
— Согласен, — произнес Жан же Вьен, — хотя Ричард Львиное Сердце мне больше нравится.
— Ричард был рыцарем, а не королем, — возразил я.
— Вот за это он мне и нравится, — произнес сухопутный адмирал и пожелал и второму покойному английскому королю: — Упокой, господи, его душу!
— Аминь! — повторил и я и опять приложился к кружке с элем. — Что будем дальше делать? Английской армии, как понимаю, сейчас не до нас. Двинем на Саутгемптон?
— Сначала ограбим все, что западнее его, а потом посмотрим, — решил Жан де Вьен.
— Для таких городков наша армия слишком велика, — сказал я.
— Разделимся на несколько отрядов, — предложил он. — Так больше вреда нанесем и добычи захватим. Я хочу, чтобы каждый наш солдат вернулся домой, одетый в шелка и с полным заплечным мешком добычи, как когда-то возвращались из шевоше англичане.
— Не сомневаюсь, что солдаты с радостью выполнят такой приказ! — весело произнес я и предложил: — Если придашь мне адмирала Эрнандо де Леона, мы захватим Дартмут и Плимут.
— Поговорю с Фернандо Сосса, — пообещал Жан де Вьен. — Надеюсь, он будет не против. Кастильцы считают, что ты почти такой же хороший моряк, как они, — лукаво произнес он.
Я не стал спрашивать, комплимент это или повод для ссоры с кастильцами.
В Дартмуте если и сделали выводы после нашего прошлогоднего нападения, то не успели претворить в жизнь. Заваленные нами бревна частокола вернули на место, но больше ничего не сделали для укрепления города. У пристани стояли под погрузкой два купеческих корабля, большие, двухмачтовые, и еще один, поменьше и одномачтовый, ожидал на якоре, когда освободится место. Мои бригантины узнали сразу и, как только увидели их, заколотили в полошный колокол. От пристани и от морского берега, где рыбаки выгружали улов из лодок, побежали люди к городским воротам.
Кастильцы идут к берегу, торопясь, пока начавшийся отлив не набрал силу, а мои бригантины заходят в реку и становятся на якорь. Частокол находится от нас на дистанции пистолетного выстрела. Нам потребовалось сделать всего по два залпа, чтобы наделать в защитном укреплении города широких прорех. Со стороны реки частокол теперь похож на рот старика, у которого осталось несколько зубов, тонких и острых. Со стороны моря прогрохотал нестройный залп галерных бомбард. Что там у них получилось, не было видно. Под начавшимся мелким дождем мои бойцы стали переправляться на шлюпках на берег, готовясь к атаке. Высадке никто не мешал. Как и штурму. Мои арбалетчики быстро взобрались на вал, выстрелили оттуда по несколько болтов по целям на городских улицах, после чего открыли ворота и опустили мост.
Я зашел в Дартмут через ворота в сопровождении своих рыцарей и оруженосцев. Мы прошли по немощеной улице, утопая в грязи, к центральной площади. Все шесть домов по периметру ее были с каменным первым этажом и деревянным вторым. Таких домов в Дартмуте было немало. Значит, добычи будет больше, чем в Раю, даже несмотря на то, что почти все жители сбежали через дальние от реки и моря ворота. Остались лишь старики, калеки и домашние животные. В домах уже шуровали мои арбалетчики и кастильцы.
К нам подошел адмирал Эрнандо де Леон со своими капитанами. На нем была бригандина, обшитая темно-красным бархатом, а под ней кольчуга с длинными рукавами, у которых «манжеты» были из надраенных до блеска бронзовых колец. На портупее, украшенной золотыми шестиугольниками, висел короткий и широкий меч с золотым навершием в виде шара. Судя по тому, как топорщилась его густая черная борода, адмирал был в приподнятом настроении.
