Девушка достала из стопки бумаг нужный документ и отдала его Сейшасу, который тотчас убрал его в бумажник.
– Наконец нас более ничто не связывает. Я вновь свободен и принадлежу самому себе. Теперь я не ваш муж. Понимаете ли вы всю значимость этого часа?
– Да, это час нашего расставания, – ответила Аурелия.
– Может быть, мы еще увидимся на этом свете, но тогда уже не узнаем друг друга.
– Нет, я уверена, мы никогда не встретимся вновь, – убежденно сказала Аурелия.
– Как бы то ни было, теперь, обращаясь к вам в последний раз, я хочу дать вам объяснение, которого не мог себе позволить одиннадцать месяцев назад. Если бы я сделал это тогда, я выглядел бы как несчастный, которому не остается ничего, кроме как призывать себе на помощь чужое сострадание, а вы, втаптывая в грязь мою честь, не поверили бы ни единому моему слову.
– Теперь ваше объяснение излишне.
– Выслушайте меня; я желаю только, чтобы когда-нибудь, обдумав все произошедшее, вы отнеслись ко мне хотя бы с долей прежнего уважения. Общество, в котором я был воспитан, вылепило меня по своему подобию; золотой блеск, за которым скрывались пороки, ослепил меня, и я не заметил, как впал в материализм. Я привык считать богатство основной составляющей жизни. Примеры, которые давал мне свет, убедили меня в том, что брак – это такой же законный способ разбогатеть, как получение наследства или совершение честной сделки. Однако, даже учитывая все это, я сумел бы устоять перед искушением, если бы спустя некоторое время после визита вашего бывшего опекуна не попал в положение, не оставлявшее мне никакой надежды. Мне грозила бедность, и, что еще больше удручало меня, я влез в долги; но хуже всего было другое: сам того не желая, я мог стать виновником несчастья сестры, чьи сбережения растратил, лишив ее приданого, без которого не состоялся бы ее брак. К тому же у моей матери больше не было средств, которые оставил ей после смерти мой отец и которыми я непредусмотрительно распорядился, надеясь, что позднее мне удастся их возместить! Все это сломило меня. Если бы я попал в такое затруднительное положение сейчас, как настоящий мужчина, я нашел бы в себе силы исправить его, но тогда я был всего лишь салонным франтом – я сдался. И все же вам удалось меня перевоспитать, что было бы невозможно без этих денег. Благодарю вас.
Аурелия слушала его молча.
– Это все, что я хотел сказать, прежде чем мы расстанемся навсегда.
– Мне тоже есть что сказать; я хочу, чтобы у вас не оставалось необоснованных подозрений на мой счет. Будучи вашей супругой, я бы не стала оправдываться, но теперь, когда мы друг для друга чужие, ничто не препятствует мне защитить свою честь и доказать, что как дама я достойна уважения.
Аурелия кратко рассказала о том, как Эдуардо Абреу помог ей после смерти доны Эмилии, а также о своем решении спасти его от самоубийства.
– Именно по этой причине я принимала его в своем доме. Он не раскрывал мне своей тайны, и между нами не было отношений, в которых две души становятся одной.
Аурелия положила чек рядом с пачками банкнот, лежавшими на столе.
– Эти деньги приносят добро. Как вы сказали, они помогли вам стать лучше; теперь, когда вы вернули их мне, я, осуществляя свое давнее желание, направлю их на благотворительность, чтобы они и впредь служили для добрых дел.
Девушка открыла ящик письменного стола, куда убрала деньги и чек, после чего зазвонила в колокольчик, чтобы позвать служанку.
– Позвольте, – сказала Аурелия Сейшасу, а затем, понизив голос, дала распоряжение вошедшей девушке.
Служанка зажгла светильники в спальне супругов и удалилась. Аурелия, указывая на освещенную комнату, сказала Сейшасу:
– Я желаю, чтобы вы никогда не сходили с верного пути.
– Теперь мне это уже не грозит.
– Теперь? – повторила девушка, обратив на Фернандо пронзительный взгляд.
Возникла пауза.
– Наверное, сеньора, вы желаете избежать излишнего любопытства со стороны общества? Я могу предложить вам один выход.
– Но зачем?..
– Лучше всего для вас будет совершить путешествие в Европу. Следующий пакетбот уходит через две недели. Неожиданный отъезд можно объяснить предписаниями врача. Затем, когда станет известна правда, она уже не привлечет особого внимания.
На миг на лице Аурелии отразилось потрясение, но все же она ответила твердым голосом:
– Если чего-то нельзя избежать, это надо сделать сразу, никого не вводя в заблуждение.
Фернандо решительно встал.
– В таком случае настало время прощаться.
Аурелия тоже поднялась, чтобы в последний раз раскланяться с Сейшасом.
– Прощайте, сеньора, верьте…
– Не нужно слов! – оборвала его Аурелия. – Разве можем мы сказать друг другу что-то такое, о чем нам не приходилось думать за это время?
– Вы правы.
Сейшас сделал несколько шагов, проходя к середине комнаты, и почтительно поклонился Аурелии, которая тоже поклонилась ему в ответ. Затем он прошел через спальню супругов, теперь освещенную мягким светом. Поднимая синюю гардину, он услышал голос Аурелии:
– Постойте!
– Вы позвали меня?