Держась в тени, они обогнули здание и остановились возле пышного куста сирени. Свет уличных фонарей, стоявших со стороны дороги, сюда не проникал, поэтому здесь было особенно темно.
С полминуты Шерлок ходил туда-сюда вдоль каменной стены, запрокинув голову и разглядывая что-то в полумраке, после чего издал торжествующее «М!» и махнул рукой.
Приблизившись, Джон чуть не застонал от недовольства. С крыши здания спускалась длинная стальная пожарная лестница.
— Ты издеваешься? — прошептал он.
— На крыше есть люк, который ведет на пятый этаж, — негромко ответил Шерлок. — Сегодня он открыт.
— Я ненавижу тебя, — пробормотал Джон.
Но детектив уже его не слышал и карабкался по стальным прутьям.
Спустя несколько долгих и утомительных минут Джон и Шерлок оказались на крыше крематория. Здесь было множество широких труб и проводов, которые черными змеями расползались по кирпичной кладке. Чуть дальше в полу располагался небольшой квадратный люк, который мог означать только одно: очередную лестницу.
Когда Шерлок открыл его, догадки Джона подтвердились: в почти непроглядном мраке пятого этажа извивалась веревочная лестница.
— Хочешь пойти первым? — еле заметно улыбнувшись, поинтересовался Шерлок.
Джон сверкнул глазами, но все-таки свесил ноги в проем и сделал первый шаг вниз. Лестница закачалась. Тогда Джон поставил на ступеньку вторую ногу и через четверть минуты уже спустился на темную лестничную площадку.
Шерлок оказался рядом с ним почти сразу (конечно, с такими-то длинными ногами!) и прошептал:
— Выбираться отсюда будет сложновато. Особенно, если мы разбудим охрану.
— Заткнись, Шерлок. Куда дальше?
— Вниз. Нам нужен подвал.
Джон почувствовал, как по спине пробежал холодок плохого предчувствия, но ничего не сказал. Они начали бесшумно спускаться вниз по темной лестнице, и Джон скорее ощущал, чем видел, что Шерлок тоже напряженно вслушивается в тишину.
Добравшись до нижнего этажа без приключений, они прошли через белую дверь и оказались в маленьком коридорчике. Здесь темнота стояла стеной, поэтому Шерлок вытащил из кармана мобильный и включил подсветку. Свой телефон Джон, судя по всему, забыл дома, но даже небольшой прямоугольник света в руках Шерлока значительно облегчил им путь до следующей двери.
— Должен быть он, — шепнул детектив, когда они вошли в следующую комнату.
Холод, пахнувший им в лицо, подтвердил его предположение: они оказались в морге. Джон с облегчением вздохнул, мысленно благодаря Шерлока, его мозги и многочисленные связи, которые позволяли ему знать все обо всем.
В этой комнате было уже гораздо светлее: на противоположной от входа стене, под потолком, находились три прямоугольных окошка, выходивших на шоссе. Через них в помещение проникал фонарный свет, который окрашивал всю комнату разными оттенками синего.
Шерлок спрятал мобильный в карман и двинулся к выдвижным морозильным камерам с металлическими дверцами, встроенным в стену слева. Джон тоже подошел и принялся разглядывать белые бирки в стеклянных окошках с именами умерших. На последней камере в третьем сверху ряду значилось: «Генри Ллойд Уэйкфилд».
— Нашел, — произнес Джон, обращаясь к Шерлоку.
Тот, сделав два шага, встал возле друга. Когда Джон почти полностью выдвинул камеру, перед ними предстало тело мужчины, которого они видели всего неделю назад, только в другом морге. Сейчас, правда, тело было не так сильно заморожено, как в прошлый раз.
— Доктор? — с тенью нетерпения в голосе произнес Шерлок.
Джон огляделся, выудил из какой-то коробки пару резиновых перчаток, натянул их и принялся осматривать тело.
— Открой историю болезни, — велел он детективу.
Тот выудил из кармана брюк потрепанную папку и, развернув ее, расправил перед Джоном.
Работать в полумраке было не очень-то удобно, но на войне Джону приходилось делать и не такое, поэтому он не жаловался и, осматривая труп, каждую минуту или две сверялся с записями в медицинской карте.
Так прошла, по меньшей мере, четверть часа, и Шерлок уже начал нетерпеливо переступать с ноги на ногу.
— Должно быть что-то еще кроме интоксикации, — бормотал он. — Должно быть, Джон! Должно быть, должно быть…
— Подожди, Шерлок.
— А можно побыстрее?
Джон проигнорировал его последнюю просьбу. Еще несколько минут они провели в тишине. Затем он выпрямился, снял одну перчатку и размял затекшую шею.
— Кажется, я нашел кое-что. Посмотри, — Джон указал на темные синяки и припухшую кожу на одной из ступней умершего. — Видишь?
— Это артрит, здесь об этом сказано, — разочарованно вздохнул Шерлок и махнул рукой. — Что еще?
— Нет, это не артрит, — покачал головой Джон. — Генри Уэйкфилд страдал от ДКБ.
— А попонятнее,
— Декомпрессионная болезнь, также известная, как кессонная.
— Кессонная болезнь? Болезнь водолазов?
— Да, — Джон кивнул.
— Ты уверен?
— Да!
— Это не имеет никакого смысла! — Шерлок запустил пальцы в волосы и лихорадочно их растрепал.
Джон знал, что в его голове сейчас мелькают десятки возможных теорий.
— Джон, эта болезнь даже у водолазов развивается лишь спустя долгие годы… Ты уверен? На сто процентов?
