- Как маленький! - произнес он вслух, нажал на кнопку и поднес телефон к уху. В ответ тишина - Штиблет должно быть сбросил трубку. Юра попытался перезвонить. Однако услышал слова автомата, который рекомендовал ему перезвонить позже, поскольку абонент выключил свой телефон или находится вне зоны доступа сети. Хворостин вздохнул, сбросил вызов, случайно выключил "Тысячу", где мог вот-вот выиграть. Выругавшись шепотом, Юра отложил трубку и посмотрел в окно. Было еще темно, но край неба уже окрасился в темно-фиолетовый цвет. Солнце готовилось подниматься. Интересно, увидит Юра золотые поля, которые блестят под ярким светом солнца, стога сена, тракторы, колхозников? Или сезон уже подошел к концу? Юра с удивлением обнаружил, что ничего не знает о сельском хозяйстве Оренбургской области. Невольно вернулся в родной город, в частный сектор на его окраине. У Хворостиных был свой огород и дача. Юру частенько заставляли собирать колорадских жуков, но огород обычно копал Павел, когда Валя его выгнала, хозяйство пришло в негодность. С тех самых пор Хворостин не прикасался ни к лопате, ни к колорадским жукам. Отчего-то воспоминание о лишение даже этих, прямо скажем, малоприятных занятий, навеяло тоску.
Вскоре Юра отвлекся от сельского хозяйства, потому что поезд вошел в Оренбург. Очень скоро Хворостину предстояла пересадка. Но сначала нужно будет сходить в аптеку, и купить аспирин с парацетамолом.
...
Попрощавшись с приветливой проводницей, Юра выбрался на перрон и сразу направился в здание вокзала. Первым делом нужно купить билеты в Сентябрьск, и потом уже и в аптеку наведаться можно. Оказавшись внутри, Хворостин замер. Вокзал был битком набит. У кассы выстроилась очередь, все вокруг шумели, смеялись, ругались. Но больше всего Юра поразился, когда обнаружил, что до него доносятся слова не только и не столько на русском, сколько на ... Что же, минимум половину языков он не знал, угадывался английский и немецкий. Возможно еще испанский, итальянский или португальский - отличить эти языки один от другого Юра вряд ли сумел бы. Хворостин расслышал французскую картавость, щебет восточных языков, мягкие гортанные звуки семитских наречий. Немного растерявшись, он, тем не менее, добрался до кассы, занял очередь за интеллигентным грузином. Пришлось простоять почти час, прежде чем Юра добрался до окошка кассы, вдоволь наслушавшись просьб продать билет на ломанном русском языке.
- Вот ду ю вонт? - автоматически спросила светловолосая курносая девушка, обреченно посмотрев на Юру.
- Простите? - несколько опешил Юра.
- Так вы русский, - облегченно вздохнула она. - Уже устала язык ломать. Сама половины не понимаю, чего им нужно. Каждый год, представляете, каждый год ломятся в этот клятый Сентябрьск. Понаедут сюда, заладят свое Наташа, Наташа, - девушка всплеснула руками. - Можно подумать всех женщин у нас Наташами зовут! - девушка сжала губы. - Простите, просто накипело, - она сумела выдавить из себя улыбку.
У Юры пронеслась мысль, что окажись вокруг подавляющее большинство русских, девушка должно быть нахамила бы Хворостину, а тут повела себя совсем по-другому - принялась жаловаться.
- Пожалуйста, только не говорите, что и вы в Сентябрьск, - обреченно произнесла девушка.
- Должен вас разочаровать, - Юра беспомощно улыбнулся, не зная, какой реакции ждать от кассирши. - Но мне именно туда.
- Вы тоже поклонник Курагиной? Я бы не сказала.
- Нет, я еду к родственнице, - соврал Юра. - А при чем здесь Курагина?
- Пианистка. Она каждую осень дает концерт в Сентябрьске, на который рвутся попасть все, кому не лень. Уж больно неудобное время вы выбрали для посещения своих родственников. Могу отправить вас туда только послезавтра.
- Блин, мне здесь жить негде. Нельзя ли хотя бы попытаться отыскать что-нибудь на сегодня.
- Хей, фэллоу, - дородный белобрысый мужчина толкнул Юру сзади. - Фаст, фаст. Мах шнелль! Их айле.
Юра повернулся, стал во весь рост, продемонстрировав иностранцу, что он на голову его выше, резко занес руку якобы для удара. Мужчина отпрянул назад.
- Энтшульдиген зи, энтшульдиген зи, - заголосил он, закрывая лицо широкими ладонями.
- Жди своей очереди! Андестенд? - произнес Юра.
- Я, - коротко ответил немец. Убедившись, что мужчина больше не станет его толкать, Хворостин вернулся к окошку кассы.
- Здорово вы его, - одобрительно отметила девушка.
- Будет знать, как толкаться, - довольный собой, ответил Юра. - Так как насчет билетов?
- Простите, ничего сделать не получится. Только на послезавтра, не раньше. Оформлять?
Юра призадумался. Уж лучше нанять машину и доехать до Сентябрьска так, чем два дня провести в Оренбурге. Или действительно отказаться от этой затеи, погулять по столице области?
- Нет, не нужно. Попробую как-нибудь еще добраться.
- Не получится. Прошли дожди, дорога страсть какая плохая, на машине или автобусе туда не добраться, только на поезде.
