- Спасибо за помощь, - он отошел от кассы, обменявшись с немцем недружелюбными взглядами, стал продираться к выходу. В конце концов, он уехал из Рязани не по своей прихоти, так что неважно, где он проведет недельку-другую, пока все уляжется. Наверняка отдохнуть можно и в Оренбурге.
- Молодой человек! Молодой человек! - Юра не сразу понял, что немолодая женщина в черной шляпе с широкими полями окликает именно его. - Да, да, я к вам обращаюсь.
- Что-то случилось? - спросил Юра.
- Пойдемте со мной, - сказала она, протолкавшись к Хворостину. - Здесь разговаривать невозможно.
Они выбрались из здания вокзала на улицу, женщина взяла Юру под руку и повела куда-то. Хворостин не сообразил поинтересоваться, чего от него хотят, покорно следовал за женщиной. Почему так получилось, он сам не знал: то ли от растерянности, то ли еще по какой причине. Женщина подвела его к лавочке, на которой сидела старушка. Юра не сразу узнал ее. Видимо фотографии, выложенные в интернете, были сделаны давно. Лицо Марты Курагиной избороздили глубокие морщины, щеки впали, губы высохли. Но, несмотря на неприглядный вид, в ее глазах ощущалось какое-то особенное тепло.
- Вот, Марта Леонидовна. Молодой русский студент, как вы и просили. Едет в Сентябрьск, но билетов нет, - произнесла женщин.
- Спасибо, Наденька, - раздался в ответ тихий, словно шелест листьев, голос пианистки. - Присаживайтесь молодой человек, дайте на вас посмотреть. В ногах правды нет.
И снова Юра молчаливо подчинился. Позже Хворостин решит, что эти женщины каким-то образом сумели его загипнотизировать.
- Как вас зовут, молодой человек? - спросила Курагина, изучая его лицо своими ослабевшими от возраста, потерявшими яркость красок глазами.
- Юра, - ответил Хворостин.
- Замечательное имя, правда, Наденька? - старушка повернулась к своей помощнице. Затем она снова посмотрела на Хворостина. - Вы любите музыку, Юрий?
- Я... - он не знал, что ответить. - На самом деле, мне нужно попасть в Сентябрьск, но не из-за вашего концерта, хотя его бы я конечно с удовольствием послушал, - стал поспешно объясняться Хворостин. В присутствии Курагиной он снова ощущал себя маленьким мальчишкой, обязанным сознаваться взрослым во всех своих прегрешениях.
- Я не об этом вас спрашивала, Юрий, - с укором сказал старушка. - Вы любите музыку? - повторила она свой вопрос.
- Наверное, люблю, - выдавил из себя Юра.
- Нет, - широко улыбнувшись, сказала Марта Леонидовна. Юра отметил, что зубы у нее, похоже, свои: белые крупные и красивые, зубы восемнадцатилетней девушки. Просто удивительно. - Если бы вы любили музыку, никогда бы не сказали наверное. А хотите научиться любить ее?
- Я не знаю, - ответил Юра, не решаясь отвести взгляда от Курагиной. Хворостин подумал, что окажись Курагина хотя бы лет на тридцать моложе, он бы не задумываясь, предложил ей выйти за него замуж.
- Наденька, - старушка повернулась к своей помощнице, - дайте Юре билет в наше купе. Я хотела бы побеседовать с этим молодым человеком по дороге в Сентябрьск.
Женщина в черной шляпе, открыла свою сумочку, достала какую-то бумажку, протянула ее Хворостину. Юра взял билет. Хотя в голове у него шумело, словно он напился пьяным, Хворостин понимал, что в билет должны быть вписаны его фамилия имя и отчество, иначе с посадкой на поезд возникнут проблемы. Юра поделился своими сомнениями.
- Не волнуйтесь, молодой человек, об этом даже не думайте, - произнесла старушка. - И не опаздывайте, поезд отправляется через два часа. Будьте добры, помогите мне встать, Юрий.
Хворостин вскочил, протянул руку бабушке, она оперлась на нее своей одетой в перчатки ладонью, поднялась.
- Не опаздывайте, Юрий, - повторила Курагина. - Пойдемте, Наденька.
Помощница взяла Марту Леонидовну под руку и повела в сторону от лавочки, по аллее, усыпанной опавшими желтыми листьями. Завороженный Хворостин проводил двух женщин взглядом, не смея оторваться до тех самых пор, пока они не повернули и не скрылись среди голых осенних деревьев. На поезд Юра успел.
Глава 4
Билет, который Юра получил от помощницы Курагиной Наденьки, оказался простым чеком. Цена поездки оказалась низкой - примерно столько же стоил проезд на электричке по Рязанской области. Интересно, почему электрички не пустили в Сентябрьск? Тем более с учетом столпотворения, которое происходило здесь по всей видимости каждый год.
Чтобы не разочаровывать добрую бабушку, Юра совсем немного погулял по городу и пришел на вокзал за час до назначенного времени. Хворостин наблюдал за злыми раскрасневшимися иностранцами, нервными служащими вокзала и отчего-то наслаждался зрелищем. В отличие от большинства русских, Хворостин не испытывал ни малейшего стыда за тот бардак, который творился на вокзале. Наоборот, Юра считал умение стоять в очереди одной из основных русских черт. Странно, что это стереотипное восприятие русских не отразилось в культуре Запада. А ведь стоять в очереди приходится абсолютно всем русским, перед тем, как они начнут пить свою водку.
