— Лаконизм ваших формулировок приводит меня в восхищение! — с наигранным почтением проговорил сэр Клинтон. — Значит, переходим к номеру шесть, да? Ее убили умышленно, а он был случайно застрелен. Что скажете?
— Прежде чем принимать это в качестве рабочей гипотезы, мне бы хотелось отыскать хоть какой-нибудь мотив для убийства, сэр. И, если женщину отравили намеренно, то какой смысл был тащить ее в летний домик? Ведь таким образом Хассендин немедленно попадал бы под подозрение — если это он отравил ее… — Флэмборо вдруг остановился и на мгновение погрузился в напряженное раздумье. — А вот и новая линия! — воскликнул он. — Я все время исходил из того, что ядом могли воспользоваться либо миссис Силвердейл, либо молодой Хассендин. Но ведь мог быть и кто-то третий! Это мне до сих пор в голову не приходило, сэр.
Он снова задумался. Сэр Клинтон устремил на него пристальный взгляд, следя за выражением его лица.
— Если женщину отравили ядом медленного действия, то там и вправду мог быть кто-то третий. Возможно, кто-то из самого Хэтерфилда.
— В Хэтерфллде в тот момент находился только один дееспособный человек, — заметил сэр Клинтон.
— Вы о служанке, сэр? Ну конечно! В таком случае объясняется и ее собственная гибель. Возможно, мы имеем дело с судом Линча, сэр. Кто-то вершит правосудие, решив обойтись без нашего вмешательства.
Перед инспектором явно открылись новые горизонты.
— Должен признать, в этом вашем методе что-то есть, сэр, — с достоинством заключил он.
— Нравится мне это ваше «что-то есть», инспектор. Но в любом случае, вы хоть признали, что предложенное мною упражнение дает пищу разуму, а это уже кое-что.
— Действительно, оно наводит на такие предположения, которые без этого и в голову бы не пришли. А какой вариант следующий?
— Номер семь? Это номер шестой в обратной последовательности. Хассендина застрелили намеренно, а миссис Силвердейл умерла в результате трагической случайности. Какие у вас соображения на этот счет?
— Это значит, что миссис Силвердейл либо сама по ошибке приняла смертельную дозу наркотика, либо кто-то ненамеренно отравил ее. После чего она сама или некто третий застрелил Хассендина.
— Да, что-то в этом роде.
— Хм! Ну, это не хуже любой другой версии. А интересно… Миссис Силвердейл, насколько я успел заметить, не похожа на завзятую наркоманку, но ведь она могла быть начинающей. В результате чего и приняла слишком большую дозу. Зрачки у нее были сильно расширены. Такого не случается с теми, кто нюхает морфий или героин, но она могла быть кокаинисткой… Да, этот ваш метод заставляет мозги работать, сэр. Сколько новых гипотез рождается!
— Что ж, тогда подумайте еще немного, инспектор. Вариант восьмой: Хассендин покончил с собой, а миссис Силвердейл убили.
— Тут мы снова натыкаемся на отсутствие мотива, сэр. Я бы хотел обдумать это попозже.
— Тогда вариант номер девять: его убили, а она покончила с собой. Как насчет этого?
— Позвольте разобрать по пунктам, сэр. Во-первых, если Хассендина убили, то сделала это либо миссис Силвердейл, либо кто-то третий. Если убила миссис Силвердейл, то убийство она продумала заранее, да еще и приготовила дозу яда, чтобы немедленно после смерти Хассендина покончить с собой. Если же преступление совершил некто третий, миссис Силвердейл могла покончить с собой от ужаса, испугавшись того, что этот некто третий может сделать с нею самой. Но это снова означает, что яд она привезла с собой. К тому же этот третий участник, очевидно, должен был питать весьма сильную злобу против них обоих. Это один подход. Но есть и другой. Представьте, что эти двое договорились вместе покончить с собой. Для этого миссис Силвердейл привозит яд с собой, но прежде чем Хассендин успевает проглотить свою порцию, на сцене появляется некто третий и пристреливает его. Такая версия тоже возможна.
— И некто третий, по каким-то собственным, непостижимым причинам, заботливо уносит с собой неиспользованную порцию яда. Так?
— Хм! Звучит глупо!
— Конечно в нашем мире случается невероятное, — продолжал сэр Клинтон. — Я не приверженец поисков железной логики в преступлениях. Тем более, что это вещь весьма редкая.
Флэмборо снова вытащил блокнот и списал в него предложенную шефом таблицу.
— Потом я еще поразмыслю над этим, — пообещал он, справившись с работой. — Поначалу ваша идея не произвела на меня особого впечатления. Но в конце концов она принесла результат. Теперь у меня и в самом деле имеются несколько версий, достойных изучения.
— А теперь давайте взглянем на факты с иной точки зрения, — предложил сэр Клинтон. — Итак, молодой Хассендин и миссис Силвердейл находились в гостиной летнего домика. Под боковым окном мы обнаружили чьи-то следы, к тому же кто-то разбил стекло в окне фасада. Кстати, инспектор, когда вчера вы обыскивали одежду молодого Хассендина, обнаружили ли вы связку ключей?
— Там было несколько ключей — ключ от дверей Иви-Лоджа, то есть ключ от американского замка, и еще пара ключей.
