Сэр Клинтон, однако, не стал комментировать это предположение.
— Господин Судья — человек весьма одаренный, хотя и совершает на каждом шагу ошибки — вот как сейчас.
— Вы, кажется, упомянули, что догадываетесь о том, кто скрывается за этим псевдонимом, сэр? — с просительной интонацией проговорил Флэмборо.
Но сэр Клинтон, похоже, вовсе не горел желанием делиться своими секретами. Прежде чем ответить, он на мгновение задержал на лице инспектора лукавый взгляд.
— Я укажу вам на некоторые факты, которые, на мой взгляд, кое-что говорят о личности господина Судьи. И тогда вы будете знать ровно столько, сколько и я. Прежде всего, сопоставив время выхода утренних газет с тем моментом, когда телеграмма господина Судьи была, вместе с остальной почтой, извлечена из ящика, вы, полагаю, поймете, что о событиях того трагического вечера он узнал не от репортеров. Даже сообщение о происшествии в Иви-Лодже было опубликовано уже после того, как он отправил свое послание.
— Верно, сэр, — согласился Флэмборо. По его тону было ясно, что он ожидал куда более значительной подсказки.
— Следовательно, господин Судья получил сведения о происшествии в летнем домике напрямую. Либо он был там в момент преступления, либо один из свидетелей немедленно рассказал ему о трагедии.
— Согласен, — кивнул инспектор.
— Вслед за этим в газетах появляется упоминание о гиосцине, и он — или она? — понимает, что гиосцин стоит в центре всего преступления. И мы с вами тут же получаем зашифрованное послание, где нам указывают на необходимость, и без того очевидную, наведаться в Крофт-Торнтонский институт.
По лицу инспектора было заметно, что это перечисление хорошо известных событий ему наскучило.
— Вспомните также о почерке на шифрованных объявлениях — прекрасно подделанном почерке миссис Силвердейл.
— Да-да! — проговорил инспектор, пытаясь дать шефу понять, что столь подробные пояснения излишни.
— Весьма важен также и тот факт, что господин Судья смог так удачно выбрать время для своего визита в дом мисс Дипкар.
— То есть что он явился в дом, когда самой мисс Дипкар там не было, сэр?
— Именно. Предусмотрительность господина Судьи, проявляющаяся во всех его поступках, поистине восхищает меня. Но, если как следует обдумать последнее происшествие, на ум приходит и еще одно заключение.
— Ну, сэр, если ваша догадка верна, господину Судье письма Силвердейла требовались для того, чтобы сделать вот эти фотокопии.
— Нет, я говорил о еще более очевидном выводе, инспектор. Неужели, основываясь на всех этих уликах, вы не можете составить представления о личности господина Судьи? Мне кажется, их достаточно, чтобы портрет получился практически точным.
— Этот человек должен быть прекрасно осведомлен о делах Силвердейла и его ближайшего окружения. А Крофт-Торитонский институт он знает лишь понаслышке. Вы ведь это хотели сказать, сэр? — проговорил инспектор, пристально вглядываясь в лицо шефа. Но оно хранило непроницаемое выражение.
Внезапно сэр Клинтон заговорил снова, прибавив к вышесказанному нечто совсем неожиданное:
— И последнее. Обрывок конверта, найденный мною в комнате миссис Силвердейл, был помечен двадцать пятым годом. На перстне-печатке, надетом на ее палец, стоит дата «15.11.25». А рядом с датой выгравирована буква «К».
Инспектор был явно обескуражен.
— Что-то не пойму, к чему вы ведете, сэр, — стыдливо признался он. — Мне никогда не приходило в голову сопоставить все эти детали. Да я, признаться, и сейчас не пойму, какое они имеют отношение к господину Судье.
Чистосердечное признание, однако, не облегчило его участи: сэр Клинтон явно не желал избавлять своего подчиненного от необходимости думать. Следующее его замечание лишь еще больше озадачило Флэмборо:
— Вам приходилось читать Свифта, инспектор?
— В детстве я читал «Путешествия Гулливера», — неохотно отозвался тот, не испытывая ни малейшего желания обсуждать свои литературные пристрастия.
— Вам следует как-нибудь прочесть его «Дневник для Стеллы». Хотя вам, вероятно, эта книга покажется скучной. Она представляет собой собрание писем Свифта к Эстер Джонсон, которую он называл Стеллой. Там множество странных аббревиатур и фраз вроде «Спокойной ночи, дорогой Д. М. С любовью». Любопытно взглянуть на Свифта как на обычного, земного человека, правда?
— Значит, он любил эту женщину, сэр?
— Похоже на то, — осторожно ответил сэр Клинтон. — Нам, однако, не следует отвлекаться на личную жизнь Свифта. Давайте-ка лучше подумаем о нашем деле. — Он взглянул на часы. — Половина шестого. Мы еще можем ее застать.
Сэр Клинтон поднял трубку и продиктовал телефонистке номер. Флэмборо с интересом ожидал развития событий.
— Это Крофт-Торнтонский институт? — наконец осведомился сэр Клинтон. — Говорит сэр Клинтон Дриффилд. Могу ли я побеседовать с мисс Хэйлшем? — Он ненадолго замолчал, потом заговорил снова:
— Мисс Хэйлшем? Простите за беспокойство! Я хотел бы узнать, имеется ли в вашем институте аппарат для микрофотосъемки?
Флэмборо весь превратился в слух.
